Больше он не пытался познакомиться с парнем младшей сестры. По крайней мере, этим вечером. Внедорожник уехал прежде, чем Чип и Дэйл, не сдержавшись, решили, что на прощание неплохо будет вновь поцеловать друг друга.
На место внедорожника подъехала другая машина — черная тонированная серебряная дорогая иномарка «Мицубиси Лансер», бесшумная и плавная, похожая на хищника.
— Это она. Это точно она, — сказал в наушник гарнитуры человек, сидящий за рулем. — Я все проверил, как только услышал про… — собеседник резко перебил его, и молодой человек замолчал. — Да, брат, я не промахнусь. Да, я постараюсь все сделать правильно.
— Чертов кретин, твою же мать, — сорвал с себя гарнитуру парень, как только звонивший отключился, и с яростью бросил на пустое сидение рядом. — Зачем я это сказал? Почему я? Именно сейчас, — и он ударил по рулю кулаком, нервно закурил, а потом, резко нажав на газ, уехал в неизвестном направлении.
Дэн и Маша не обращали внимания на разъезжающие туда-сюда автомобили, они были заняты собой. Вернее, друг другом: фея и человек-ветер.
Когда я открыла дверь квартиры, я очень надеялась, что мама-жаворонок уже спит. Но нет, она ждала меня в полутемном коридоре, в халате, сонная и очень недовольная. В зале работал телевизор, и раздавался голос ведущего полуночных новостей. Кается, никого больше дома не было. У папы, как всегда, образовалось что-то срочное на работе, братишка тоже куда-то пропал. Одно лишь котэ вылезло откуда-то, чтобы встретить хозяйку. Оно умильно смотрело на меня и облизывалось. Наверное, только что отужинало, вернее, отполуночничало. Котэ в последний раз провело языком по мордочке и зелеными немигающими глазами уставилось на меня. Мне почему-то захотелось ему улыбнуться — такое хорошее настроение у меня было, хотя я понимала, что сейчас большой огненный дракон и настигнет бедного несчастного орленка, чтобы задать ему хорошую трепку или съесть.
— Пришла? — не слишком любезно поинтересовалась мама.
— Пришла. Привет, — улыбнулась я ей и включила свет. Она, увидев меня, ахнула и уперла руки в боки.
— Что за вид, Мария? Ты почему вся мокрая? Под дождем что ли бегала? Да ты с ума сошла!
— Случайно попала под дождь. Мам, все в порядке, — неуверенно улыбнулась я родительнице и принялась разуваться. Хорошо, что она меня в другой кофте не видела, в очень мокрой!
— В порядке? Немедленно переодевайся! И чай горячий выпить не забудь, чтобы не простудилась, с медом. Ты где была так долго, красавица моя?
— В библиотеке. Я же говорила, что туда иду, — вместо того, чтобы состроить смиренное выражение лица, я вдруг улыбнулась, глядя в пол, а потом, испугавшись, прикрыла улыбку кулаком.
— В библиотеке? — подозрительно спросила мама.
— Да, сидела там допоздна. Готовилась… к зачету.
— Допоздна? Что ты мне лапшу на уши вешаешь. Библиотека по субботам до семи часов работает, я узнавала специально! — разоралась на меня мама тут же. Ох, и зла же она на меня была. — Это в какой такой библиотеке ты сидела? В ирреальной, из другого измерения?
Это она моих фэнетези-книг про попаданок начиталась, вот и говорит так.
— Да там ночное отделение есть, — пробормотала я. — Чтобы за деньги ночью заниматься.
— Да ты что! Какая библиотека прогрессивная стала, — меня таки окатило волной маминого гнева, смешанного с беспокойством. — Я ей звоню-звоню, а она трубку не берет!
— У меня звонок был отключен, — виновато сказала я. — Прости.
— Маша, — сердито посмотрела на меня мама, которая явно была не в духе — в очень большом «не в духе», который плавно перерастал в «драконизм» — профессиональную болезнь многих мам, беспокоящихся о своих непутевых отпрысках. — Немедленно отвечай, где и с кем ты была.
— Мам, в библиотеке, потом, правда, одногруппницу встретила, мы с ней немного погуляли и под дождь попали. А с телефоном так получилось глупо…
— Да у тебя все по жизни глупо да нечаянно получается! У твоего отца такие проблемы, у нас кадровые перестановки, у Федора скоро свадьба, все стоят на ушах, а ты делаешь, что хочешь, и в ус не дуешь! — еще больше завелась мама.
— А где, кстати, папа? — попробовала я перевести разговор. Но я не манипулятор Смерчинский — у меня этого не получилось.
— У него срочный оперативный выезд. И не заговаривай мне зубы. Ну-ка, ну-ка, неужели ты связалась с плохой компанией? Или…?
— Ты что, мама! — округлила я глаза. — Какая плохая компания? Я же говорю, одногруппницу встретила!
— Ну да, новая компания тебя не испортит. Это сделаешь ты. Думаешь, я не знаю, с кем ты была? — мама окинула меня тяжелым взглядом.
— С кем же?
«Да, с кем же?», — вопрошали зеленые глаза котэ. Ему было просто любопытно.
— Со своим молодым человеком, — торжественно произнесла она. — Наврала мне, что ушла в библиотеку, к зачету готовиться.
А вот это стремно, что мамочка так думает — больше всего она терпеть не может ложь. Ох, и достанется же мне сейчас… Мама в гневе страшна.
— Ты же сказала, что я с плохой компанией связалась… — вздохнула я.
— Не перебивай мать! Что это у тебя манеры, Мария? Ты связалась с…
