На секунду Игнат растерялся, а потом быстро шагнул ко мне и крепко обнял, прижавшись щекой к моим волосам. И паника сразу же отступила. Я чувствовала, как тает страх, свернувшийся темным комком у меня внутри. Я наслаждалась объятиями Игната, согревалась его теплом. Слышала стук его сердца. Ощущала, как перетекает ко мне его энергия, обволакивая меня, убаюкивая, успокаивая. Я снова обретала силы жить дальше, бороться. Смотреть на этот мир, не зажмуривая от ужаса и страха глаза.
Я не знала, сколько мы простояли так, держа друг друга в объятиях. И больше всего мне сейчас не хотелось их разрывать, но я собрала все свои силы и слегка отстранилась. Подняла голову и посмотрела ему в глаза. Его взгляд был полон боли, тревоги, грусти. Я видела там несбывшиеся мечты и безжалостно растоптанные надежды.
— Прости меня, — прошептала, прижимаясь к нему, спрятав лицо у него на груди. Слезы предательски выступили из глаз и намочили его футболку.
— Не плачь, — глухо произнес Игнат мне на ухо. — Посмотри на меня, — а когда я смущенно подняла глаза, добавил: — Ты лучшее, что произошло со мной за всю мою жизнь. Даже если ты завтра исчезнешь, я все равно буду благодарить судьбу за такой подарок.
Я видела, как начал меняться его взгляд. Тревогу и боль быстро вытесняло желание. Заполняя все вокруг, поднимая во мне ответную жаркую, темную волну. Дрожь снова прошла по моему телу, только уже не паника была тому виной. Я прижималась к нему все крепче, мне хотелось раствориться в его руках, обвиться вокруг него, накрепко привязать к себе. А Игнат вдруг резко отпустил меня и сказал:
— Я очень рад, что ты пришла ко мне. Пожалуйста, делай так всегда. Но, если не хочешь остаться в этой спальне до утра, сейчас тебе лучше уйти.
Никогда мне еще не было так сложно сделать несколько шагов и закрыть за собой дверь.
Благодаря помощи Игната мне удалось справиться с тревогой и заснуть. Так что утром я поднялась как обычно и занялась завтраком. И совсем не удивилась раннему визиту участкового. Видимо, он сам чувствовал, что переходит границы, и попытался объясниться:
— Извини, что тут у тебя нахлебничаю, но, честное слово, некогда выбраться в магазин и закупить продукты. Обещаю исправиться.
— Ладно, — вздохнула я, ставя перед ним тарелку с завтраком, — Все равно Игнат забил весь холодильник. Надо его понемногу разгружать.
Как раз в это время сам Игнат заглянул на кухню, увидел идиллическую картинку и закатил глаза.
— Доброе утро! — саркастически произнес он. — Как будто и не расставались. Какие у вас планы на день?
— Ну что, поедем к подруге дяди? — обратился ко мне Павел. — Потом у меня полно дел.
— Согласна, — отозвалась я. — Сейчас доем и пойду собираться.
Через двадцать минут мы с Павлом уже сидели в машине. Он сообщил, что отвезет меня сразу на рынок. Палатки открываются рано, так что женщина наверняка уже там. Припарковавшись на стоянке, мы направились к торговым рядам, но не с продуктами, а с вещами. Так как нужного нам человека ни я, ни мой спутник в лицо не знали, Павел расспросил местных, продемонстрировав им свое удостоверение. Один из них и отвел нас к прилавку, заваленному женской и детской одеждой.
С другой стороны прилавка стояла симпатичная полноватая женщина в возрасте. Смотрела она на нас равнодушно, а когда мой спутник представился, в ее глазах появилось беспокойство. Я решила, что она переживает из-за работы, обычно органы правопорядка легко находят, к чему придраться. И оказалась права. Как только собеседница поняла, что мы будем беседовать о другом, страх из ее глаз ушел, сменившись удивлением.
Разговаривать на виду окружающих было неудобно, поэтому Павел предложил ей отойти в какое-нибудь тихое место.
— Ладно, — махнула рукой женщина, — сейчас все равно рано, покупателей почти нет. В конце нашего ряда есть небольшое кафе, можем там посидеть. Только недолго. А то хозяин моей точки может заявиться. Он нас, продавцов, регулярно проверяет. У него таких точек тут с десяток. Если что, вы уж подтвердите, что я не по своей воле с места ушла.
Участковый выразил готовность все подтвердить, женщина закрыла свою палатку и повела нас в кафе. Устроившись за не очень чистым столиком в совершенно пустом помещении, мы взяли по чашке чая с пирожком, чтобы к нам больше никто не приставал. Затем женщина, которую звали Лариса, вопросительно уставилась на Павла. А тот кивнул мне, предлагая начать разговор.
— Итак, Лариса, мы проводим проверку в связи с одним старым делом. Еще раз уточняем все обстоятельства. Сейчас нас интересует ваш бывший сожитель Александр Кузнецов. Сразу оговорюсь, его ни в чем не обвиняют, мы просто собираем сведения.
— Сашка? А что за старое дело-то? — поинтересовалась собеседница.
— Много лет назад пропала его племянница. Дело пока не закрыто. Вот и подошел срок еще раз все проверить.
— А да, помню, — кивнула женщина. — Правда, мы с ним к тому времени уже разбежались. Чем же я могу помочь?
— Нам нужна его общая характеристика, привычки, особенности. Словом, помогите, пожалуйста, составить его полный портрет.
