Машины срываются с места, и на невероятной скорости мы мчимся по ночным дорогам города. Дух перехватывает от того, с какой быстротой меняются пейзажи за окнами. Цепляюсь пальцами в сиденье и даже визжу от восторга на особенно крутом повороте. Глеб на это хохочет и продолжает переключать передачи, умело управляя своей машиной. Еще один поворот и мы на полной скорости пересекаем, как я понимаю, финишную черту. Юсупов резко дергает за ручник, и машина начинает вращаться, а я визжать. Еще один оборот и мы, наконец, останавливаемся. Волосы облепили мое лицо. Дышу, как паровоз на старте. Адреналин по венам бежит, разгоняя мое сердце до невероятных оборотов. Разлепляю губы, оборачиваюсь к Глебу и выдыхаю:
— Еще!
«Она похожа на ангела», — пронеслось в моей голове, когда я смотрел на Ясю. Мы с Левиным дали всего лишь один круг, и для пущего эффекта покрутил нас на ручнике. Девчонка излучала такой восторг. Чувствовал волны адреналина и бурлящей радости, исходящие от нее. Она даже усидеть спокойно не могла, все время ногой по коврику стучала. Яся была словно ребенок, который только начал познавать мир. Я видел страх в ее глазах и железную решимость взять от этой жизни все, что она ей предоставляет.
И мне хотелось дать ей весь этот мир.
С парнями даже перетряс вопрос со скоростью. Едва ехали. Левин мне от досады головой в окно качал. А Яся визжала от счастья, и меня переполняла жажда сделать для нее что-нибудь особенное. Когда мы затормозили, она была настолько сексуально притягательна, что у меня член в штанах приподнялся мгновенно. Волосы растрепались, пухлые губы, которые хотелось сожрать, приоткрылись. Она дышала громко, но я четко понимал, что не из-за приступа, а потому, что ей эта ситуация по кайфу.
А потом это ее «еще» и у меня не то что член, сердце из груди едва не вырвалось. Представил, как она шепчет эти слова, распластанная и возбужденная, находясь подо мной, и даже застонал в голос. Яська не поняла, почему это я вою, как раненый зверь, и лишь недоуменно захлопала своими длинными ресницами.
Ладно! Еще, так еще. В конце концов, мы за этим сюда и приехали. Следующие круги гоняли с Царевичем и Водяным. Все себя сдерживали. Смешно, но мне даже не пришлось их просить. Они после моего взрыва в бассейне сегодня днем будто чувствовали, как эта девушка приобрела статус «особенной» для меня. Они обращались с ней, как с хрустальной вазой, и всякий раз, когда Яся восторженно вопила, казалось, старались еще больше. Придурки!
— Ты уже придумала следующее желание? — спрашиваю ее, когда мы заканчиваем последний круг.
— Придумала! — восторженно выдыхает она, пьяная от адреналина, но потом осекается и неуверенно произносит, — только, может быть, не сегодня. Поздно уже и…
Она замолкает, а мне даже интересно, что она там еще придумала и теперь сказать стесняется.
— Ясь, говори давай. Не томи, — руки на груди складываю, чтобы ее к себе не притянуть, и взглядом топлю, чтобы наконец ответить решилась.
— Ну, если ты настаиваешь, — шепчет все так же неуверенно, а я лишь в ответ бровь выгибаю. — Хочу в клуб.
Не то чтобы неожиданно, да в принципе и понятно. Она же сама рассказывала, что никуда не ходила в своем Дрездене.
— А мама не заругает? — рожу кирпичом держу, а самому даже смешно становится, как она краснеть начинает.
— Мама с отчимом уехали до воскресенья, — как-то очень осторожно выдает она и судорожно выпускает воздух через свои пухлые губы.
А мне отчего-то эта информация как бальзам на душу. Плечи расправляю не только я, но и член в штанах. Его я, конечно, игнорирую, а ей улыбаюсь.
— Ну, тогда такой шанс упускать нельзя. Правда же?
— Да! — радостно визжит девчонка и даже прыгать от восторга начинает.
Парней предупреждаю и качу в клуб бати Водянова. Там нас всегда ждет свободный столик. Мои чуваки за нами сразу подтягиваются, и мы едем все вместе. Яся довольная, как елка Рождественская, светится. А я втихаря любуюсь ей и понимаю, что увяз. Безнадежно и бесповоротно. Вот так сразу. С первого нашего столкновения в коридоре универа. Теперь только надо терпения набраться и дождаться, когда она поймет, что моя. И больше ничья.
В клуб заходим и сразу на отца Кира натыкаемся. Он меня видит, бровь выгибает и одобрительно на Ясю смотрит. Андрей Алексеевич Водянов — закоренелый холостяк и бабник. Часто любит шутить, что ему сына аист принес. Про мать Кир никогда не говорит. Это табу. Знает только, что она бросила его еще в младенчестве, укатив с любовником куда-то заграницу.
Но Андрей Алексеевич сына не оставил и воспитал сам. И хоть Водяной отличный парень, к девчонкам относится с поразительным пофигизмом. Он с ними трахается, но всерьез не воспринимает. Впрочем, как и вся наша четверка.
— Кто эта незнакомая прелестница? — мурлычет этот кот и, поймав ладонь Ясиньи в свои лапищи, нежно ее туда целует.
