Только девочка совсем не знает, что за каждую съеденную булочку меня ждёт наказание.
— Тая, почему ты одеваешься как монашка? — дразнит меня сестрёнка, надевая очередную прекороткую юбочку или джинсы с такой низкой талией, что они открывают весь животик. — Ты и в детстве была такой занудой? — смеётся она.
Только она совсем не помнит, какая я была в детстве. Потому что у меня его слишком рано отняли…
И я только притворно хмурюсь в ответ на её слова. Я рано повзрослела, и не хочу, чтобы это же случилось и с моей Машей.
И мне надо срочно придумать способ отослать её обратно в её колледж заграницу. Подальше от меня. Подальше от нас.
Подальше от монстра.
Но каждый раз, когда я завожу об этом разговор с Аликом, он сразу же затыкает меня.
— Это не обсуждается, — обрубает он мою любую попытку, и по выражению его лица мне сразу ясно, что он не шутит.
Как я устала вечно искать подходящий момент, подходящее выражение и подходящий тон! А мне ведь всего двадцать! И У меня вся жизнь должна быть впереди!
Почему же я себя чувствую древней старухой?!
И так совершенно незаметно пролетает месяц. Мы живёт втроём в доме, не считая прислуги, и теперь мне кажется, что так было всегда. Маша совсем не скучает по своим подругам из колледжа, тем более она всё время может с ними переписываться в своих чатах и мессенджерах, а её дядя Алик такой добрый, заботливый и нежный, что однажды вечером, когда я захожу к ней в комнату перед сном, маша признаётся мне:
— Тая, тебе так повезло с Аликом! Это просто идеал мужчины! Я бы очень хотела, чтобы у меня был такой же муж, — доверчиво смотрит она на меня своими огромными глазами оленёнка, и мне становится страшно.
Она ведь совсем не знает, что скрывается за нашим прекрасным и роскошным фасадом! И она не должна знать об этом!
Мало того, что мой мир весь рухнул ещё пять лет назад?! Я хочу, чтобы Маша жила в защитном коконе, не зная о всей грязи и мерзости этого мира.
— Ты всего не знаешь, Маша, — пытаюсь я подобрать слова. — Не бывает идеальных людей. У всех есть недостатки, поверь, — глажу я её по волосам с грустной улыбкой. Но конечно же, ты встретишь обязательно своего принца. Только не сейчас. Тебе ведь всего тринадцать…
— А раньше и в двенадцать лет выходили замуж, — вдруг приподнимается в своей постели Маша.
— Глупая, тебе ещё расти и расти, — убеждаю я её. — Учиться в школе, потом — в институте, встречаться с мальчиками ровесниками, ходить с ними в кино и музеи…
— Фу, ровесники, — сморщившись, тянет Маша. — Что в них хорошего? Я решила, что буду сразу встречаться с мужчинами постарше. Как ты, — с невинным видом смотрит она на меня. — Ты ведь нашла своего идеального мужа, и он намного старше, на двадцать пять лет!
И мне нечего ей ответить.
Но я не выбирала такую жизнь. Это он выбрал и купил меня. Как вещь.
Только я не хочу всё это выливать на свою сестрёнку, которая ещё ребёнок, и должна думать о розовых единорогах и платьях.
А не о том, что делают взрослые властные мужчины с маленькими девочками…
— Ну хорошо, Маша, у тебя ещё вся жизнь впереди, чтобы найти своего принца, — примирительно отвечаю я. — И моя жизнь на пример и не идеал, поверь, — добавляю я с грустной улыбкой.
— Нет, твой Алик — просто идеал! — упрямо повторяет Маша, и я, чтобы больше не продолжать этот разговор, целую её на ночь и выхожу из комнаты.
Чёрт! Чёрт! Чёрт!
Этот монстр сумел пролезть в душу и к моей сестрёнке!
Пустил там свои отравленные корни!
Надо с этим что-то делать.
Но что?!
Чем дольше она здесь, рядом с ним, тем сильнее она запутывается в его липкий порочный сетях.
Что же мне делать?!
Дни проходят за днями, я чувствую себя, словно застрявшей в ловушке, как бабочка в сладком сиропе.
И хотя со стороны всё выглядит просто чудесно, меня не покидает постоянное тянущее чувство чего-то ужасного и неминуемого, что скоро случится.
Чтобы немного развеяться, я прошу в один и дней Егора подвезти меня до моей студии пилатеса, в которой я не была сто лет. Тем более мне так хочется побыть рядом с ним.
Просто рядом. Наедине.
ОТ него всегда исходят такая уверенность и спокойствие, что мне просто хочется посидеть рядом с ним, словно укутанной в тёплый плед.
— По-моему, у вас всё идёт неплохо, — пытливо смотрит на меня Егор, выруливая на дорогу.
— У нас всё всегда идеально, — выдавливаю я из себя улыбку. — Ты же знаешь сам, у нас просто идеальная семья.
— Ну да, сестрёнка, это правда, — хмыкает Егор сам себе под нос, и меня почему-то бесит это его слово «сестрёнка», которое он произносит с такой издёвкой.
Он ничем не лучше своего старшего брата! Просто в нём больше светскости и лоска, он хорошо образован, но если копнуть поглубже, наверняка под его глянцевой оболочкой скрываются те же самые тёмные страшные демоны, что и в душе его брата — моего мужа.
— Кстати, а почему я тебя ни разу не видела с девушкой? — поворачиваюсь я к нему и смотрю с издёвкой в его красивое порочное лицо. — Или тебе не нравятся девушки в принципе?