Расстаться утром с ласковым теплом объятий мужа оказалось непросто, но предвкушение прогулки верхом побудило Сюзанну выскользнуть из-под одеяла. За ночь комната выстудилась, поэтому она тотчас же набросила на плечи теплый халат и сунула ноги в домашние туфли.
Надеясь, что день выдался ясный, она подошла к окну, выглянула наружу – и затаила дыхание при виде белой лошади, проступавшей из тумана, в точности как рассказывал накануне Симон.
Симон же передвигался так бесшумно, что Сюзанна, любовавшаяся белой лошадью, заметила его только тогда, когда ощутила спиной жар его тела. Прислонившись к нему, она сказала:
– Я обнаружила, что наслаждаюсь браком.
Он усмехнулся.
– И я. А день, похоже, обещает быть в самый раз для прогулки верхом.
– Мы можем съездить к той белой лошади? – спросила Сюзанна. – Я хотела бы взглянуть на нее вблизи.
– До нее несколько миль, а вам, пожалуй, в первый день возвращения к верховой езде следует проявить осторожность. – Положив руку ей на плечо, Симон добавил: – Но, пожалуй, посмотрим, как у вас пойдут дела.
Сюзанна кивнула. Слова мужа имели смысл. И ей вновь захотелось избавиться от тревожного ощущения, что дела идут слишком уж хорошо.
К тому времени как супруги оделись и позавтракали, солнце встало. День выдался прохладный и слегка туманный. По пути к конюшне на Сюзанну напала говорливость, и она щебетала без умолку.
Рупер ждал их с уже оседланными и взнузданными лошадьми.
– Подходящий денек для прогулки, – весело объявил он.
Несмотря на все свое нетерпение, Сюзанна все же проверила, надежно ли затянута подпруга. Симон одобрительно кивнул.
– Готовы, миледи?
Он переплел пальцы таким образом, что его ладони образовали подножку, с которой Сюзанне было удобно сесть в седло.
Она поставила ножку в аккуратном сапожке на его ладони, и он подсадил ее в седло. Уселась она грациозно и легко, как пушинка, и улыбнулась мужу, расправляя на ногах складки пышной юбки.
– Когда-нибудь я попробую прокатиться в мужском седле. Раньше мне этого никогда не позволяли.
– Как пожелаете, миледи, – откликнулся Симон. – Но, может быть, сегодня вы ограничитесь дамским седлом, в котором выглядите как принцесса?
Он ничуть не преувеличивал. Новая амазонка Сюзанны – темно-зеленого цвета – прекрасно оттеняла сливочную белизну ее кожи и яркую зелень глаз.
– Льстец! – рассмеялась она. – Так мы едем?
Симон осмотрел гнедого жеребца, знакомясь с ним, проверил подпругу и забрался в седло. Дьюк поначалу немного капризничал, но им двоим не понадобилось много времени, чтобы поладить.
– За конюшней начинается удобная тропа, которая ведет по холмам, – сообщил Симон. – Эта тропа подойдет и для езды галопом, когда вы будете к тому готовы.
– Я уже готова! – Сюзанна пустила лошадь быстрой рысью.
Достигнув тропы, кобылка Сюзанны перешла на легкий галоп, и всадница вполне уверенно держалась в седле. Симон держался позади, наслаждаясь и скачкой, и воспоминаниями о том, как они с Сюзанной катались вместе верхом незадолго до ее первой свадьбы.
Наконец Сюзанна перешла с легкого галопа на рысь. Она смеялась, и ее лицо раскраснелось.
– Восхитительно! Луна – замечательная лошадь! У меня никогда еще такой не было!
Поравнявшись с женой, Симон сообщил:
– Дьюк тоже хорош. Как вы и сказали, у Рупера глаз наметанный, и он был очень рад потратить мои деньги.
– Он потратил их с толком. – Сюзанна запустила пальцы в серебристую гриву Луны. – Обожаю Уайт-Хорс! Я хотела бы остаться здесь навсегда, но полагаю, нам придется вернуться в Лондон и влиться в сообщество эмигрантов.
– Да, верно. Надеюсь, удовольствия это доставит нам больше, чем неприятностей. – Симон оглянулся на дом. – Я уже полон предвкушениями. Давно мне не случалось бывать среди французов, которых я знал с детства.
– Наверное, будет любопытно… – заметила Сюзанна, и повернув к дому, добавила: – Что ж, прогулка вышла чудесная, а теперь я должна все внутри осмотреть вместе с миссис Стэнли.
– У нас обоих есть домашние обязанности. Мне вот предстоит засесть вместе с управляющим за конторские книги, которые ему не терпится показать. Но вечером мы сможем позволить себе такую роскошь, как воплощение еще одной мечты – тихий семейный вечер у камина, а потом – крепкий ночной сон.
Сюзанна в ответ улыбнулась, и Симон подумал, что ему очень повезло с женой и осталась самая малость – совладать с неукротимым вожделением, только и всего.
Вечером, укладываясь в постель, Сюзанна болезненно поморщилась и пробормотала:
– Прогулка верхом была чудесной, но мышцы отомстили мне и теперь нестерпимо болят.
– Если вы ляжете на живот, я смогу массажем немного приглушить боль, – предложил Симон.
– Спасибо!
Сюзанна с готовностью перевернулась и легла ничком поверх одеяла. Ее ночная рубашка обрисовывала плавные контуры спины, ягодиц и ног. Окинув ее по-мужски оценивающим взглядом, Симон прерывисто выдохнул, встал рядом на колени и принялся осторожно массировать ее шею, плечи и спину.
Блаженно вздохнув, Сюзанна расслабилась под его ладонями.
– Не знаю, поможет ли это от боли в мышцах, но ощущения чудесные.
