Клэйтон встал из-за стола и, несмотря на то, что его движение было медленным и плавным, я отшатнулась. Мужчина этого не заметил. Он спокойно прошел мимо напряжённо замершей меня к шкафу, уверенно протянул руку и безошибочно достал нужную книгу. Положил ее на кресло, которое я облюбовала для изучения отчёта, и, не торопясь, вернулся за стол.
Я смотрела на книгу и понимала, что не смогу побороть желание ее открыть. В интернате мы проходили выдержки из '"Истории магии", и ещё тогда меня потряс слог и мастерство профессора Вордонэ.
"А вдруг там есть что-то про академию Кавальдэ?"
Эта мысль последней каплей упала в и без того полную чашу моего желания хотя бы подержать в руках знаменитое издание. Я бросила осторожный взгляд на Клэйтона, но тот уже про меня забыл.
Решившись, я подхватила книгу с кресла, поднесла к лицу и вдохнула запах старой кожи и бумаги. Этот аромат древности заставил меня счастливо выдохнуть, а потом замереть и стремительно обернуться. Мне показалось, что я слышала мужской вздох — глубокий и шумный. Но Клэйтон увлеченно вчитывался в бумаги на столе и не обращал на меня ни малейшего внимания.
В этот раз я, предвкушая интересное чтение, не довольствовалась краешком сиденья, а разместилась с максимальным комфортом, жалея лишь о том, что нельзя скинуть кожаные туфли с тяжелой деревянной подошвой и забраться в кресло с ногами.
— Время обеда.
Я непонимающе уставилась на Клэйтона, который стоял передо мной, рассматривая с весёлым интересом. Я с сожалением закрыла книгу и только потом осознала, что сижу, поджав под себя ноги в одних вязаных чулках.
— Прошу прощения, ваша светлость, — вновь покраснела я. Отложила книгу и торопливо обулась. Клэйтон заблаговременно отвернулся, позволяя мне спокойно привести себя в порядок.
— Время обеда, — стоя ко мне спиной, повторил герцог, и мне послышалось сожаление в его голосе.
После обеда я также, как и всю эту неделю, осталась помогать Ирме и Нетти на кухне. Мыслями я постоянно возвращалась к прочитанному, поэтому не обращала внимания на полные смеха и шуток беседы девушек. Однако, когда в кухню на обед пришла следующая группа служащих, разговор принял совсем другой характер. Я невольно прислушалась.
— Как это растерзанный? — спросила совсем юная Жанин.
— Молча, — грубо ответила ей одна из пришедших женщин. Кажется, она работала в саду. — Тело словно звери рвали. Только не бывает таких громадных зверей.
— И кто он? — испуганно стиснула тряпку Ирма. Все кухонные рабочие замерли, стараясь не пропустить ни слова из сказанного женщиной. Она чувствовала это концентрированное внимание и явно получала от него удовольствие.
"Прямо как Каролина", — нервно хмыкнула я про себя. Слушала я также внимательно, как и остальные. В кухне повисла тягостная атмосфера, прерываемая лишь испуганными возгласами.
— Да из новых кто-то. Конюх, что ли. Пришлый, видимо. Никто толком не знает, откуда он. Говорят, — женщина понизила голос, и остальные сделали синхронный шаг к ней, — что даже господин Дункан не знает. Начальник стражи приказал похоронить тело на местном кладбище для слуг. А там хоронят только тех, у кого родных нет.
Отрывок из мыслесообщения:
Саманта: Скоро увидимся, сестрёнка. Я так соскучилась!
Валери: (напряженно) И я! Но Сэмми. Не знаю даже как сказать. Боюсь, что лучше тебе не приезжать.
Саманта: (встревоженно) Что случилось, Лери? Не пугай меня!
Валери: В замке убили человека, Сэмми.
Саманта: (испуганно) Ты в порядке? Как это произошло?
Валери: Думают, что нападение дикого зверя.
Саманта: В замке?! Но Клэйтон рядом и он защитит тебя, правда?
Валери: (неуверенно) Конечно.
Разговоры про мертвого конюха будоражили наше кухонное царство ещё несколько дней. А потом кто-то услышал часть разговора Данны и господина Дункана, и новость о приезде родных герцогини стала свежей темой для бесед во время мытья посуды и готовки.
— Хорошо, что миледи поправилась, — радостно заявила Нетти, которая даже ни разу не беседовала с хозяйкой. — Теперь каждое утро гуляет в саду. И выглядит замечательно. Ну, так Агата говорит. Вот нехорошо было бы, если бы родители застали ее больной!
— Зато работы всем стало больше, — мрачно сказала одна из подчинённых Данны, которые обедали после нас. — Старшая затеяла грандиозную уборку в гостевом крыле. Во всех залах! Мол, вдруг гости захотят пройтись.
— Да уж, — согласилась ее соседка, — до приезда ещё неделя, а мы уже на ушах стоим.
В разговорах я не участвовала. У меня обязанностей больше не стало, я продолжала убирать только в комнатах Клэйтона. Вот только герцог каждый раз подсовывал мне бумажную работу, и вместо уборки я устраивалась в облюбованном кресле, изучала документы и тайком присматривалась к Клэйтону.
Новость о растерзанном человеке сначала напугала меня до жути, но, глядя на погруженного в работу мужчину, я не могла представить его рвущим кого-то на части. Даже в ту злополучную ночь он не причинил мне вреда. Напугал, да. Но дал уйти, даже не попытавшись задержать.