Клэйтон вернулся поздно вечером, но ко мне так и не зашёл. Я узнала о его возвращении от Ирмы и с усилием улыбнулась, делая вид, что все в порядке. Ничего не было в порядке. И ждать, пока все станет ещё хуже я не стала. Легко ушла в глубокие слои теней и появилась сразу в кабинете мужа.
Клэйтон сидел в моем любимом кресле. Уставший, бледный и неестественно спокойный. Мое внезапное появление не заставило его даже вздрогнуть. Герцог нашел в себе силы встать и поприветствовать меня, а потом снова опустился в кресло.
— Что случилось, Клэй? — выдохнула я. Кажется я ошиблась, и ночью муж не спал. Отдохнувшие люди не выглядят такими изможденными.
— Я подготовил бумаги, — сказал Клэй. На меня он не смотрел. Прикрыл глаза, словно мой вид причинял ему дискомфорт.
— Какие бумаги?
— Валери, пожалуйста, иди к себе. Скоро все закончится.
— Поговори со мной, Клэй!
Герцог открыл глаза, окинул меня взглядом, в котором читалась болезненное недоумение. И неожиданно жёстко сказал:
— Я все сделал так, как ты хотела, Валери. Сделай и ты так, как прошу я — иди к себе.
Я только ахнула и отступила. Даже не подозревала, что Клэйтон может быть таким холодным и безразличным. И таким жестоким.
Следующая ночь облегчения не принесла. Мое желание поговорить с мужем разбилось о ледяную стену отчуждения. И сил на новую попытку у меня не нашлось. День прошел как в тумане. Клэйтон снова уехал. Исчез рано утром, чтобы вечером вернуться вместе с гостями.
И только тогда я узнала, о каких бумагах шла речь.
Отрывок из мыслесообщения:
Иоанн: Вижу все идёт как надо. Запрос на срочную помолвку у меня на столе.
Захарий: Вы же не будете ее одобрять?
Иоанн: Отчего же? Это будет любопытно. Разрешение уже подписано. Невеста в пути.
Захарий: (растерянно) Но, дядя…
Иоанн: Возможно, теперь мой наследник станет более покладистым.
Одевали меня впятером. Вряд ли такое количество помощниц способствовало процессу — скорее наоборот, но я безропотно терпела. Саманта не назвала точное время прибытия и даже не упомянула, что король выделил им с герцогом Лотье целую свиту. Поэтому обычное домашнее платье для встречи гостей не годилось, и мои горничные срочно упаковывали меня в очередной серебристо-синий шедевр
портняжного искусства. Мелькнула мысль, что при таком ограниченном количестве цветов — только синий и серебристый — все что остаётся — это изощряться с фасоном. Потом я подумала о том, во что будет одет муж, и будет ли наша одежда гармонировать также, как во время визита короля.
И рассердилась на себя за глупые мысли. Муж со мной не разговаривает несколько дней, избегает даже случайных взглядов. Вызвал отца и подготовил какие-то бумаги. А я, как дурочка, думаю о том, какого цвета будет его камзол.
Наконец, Агата закончила с волосами, а Инга с полировкой ноготков.
— Ваши руки, — бывшая соседка смотрела на меня с явной жалостью. — Миледи, они ледяные! Может найти перчатки?
Я покачала головой. Перчатки меня не спасут. Холод шел из груди и вымораживал даже улыбку.
Гости уже собрались. Господин Дункан прислал одного из своих подопечных ещё пятнадцать минут назад.
— Милорд встречает гостей в рыцарской башне, ваша светлость, — передал тот, — ждут только вас.
"Клэйтон не придет за мной, и мне придется проделать путь до зала самостоятельно".
Но эта мысль прошла словно по поверхности сознания. Холод выстудил даже страх и обиду.
Двое гвардейцев сопроводили меня до башни. В замке было оживлённо, слуги суетились, выполняя поручения господина Дункана и Данны. Никто не был готов принять столько гостей, но, зная Данну, можно быть уверенной, что гостевые комнаты в идеальном порядке. Все что нужно, это перестелить белье, да принести свежие фрукты и цветы.
"Господи, я снова думаю не о том".
Я дождалась, пока сопровождающий меня гвардеец откроет дверь, и с гордо поднятой головой вошла в зал. В этот раз встреча носила менее официальный характер, и вместо банкета для гостей на скорую руку был подготовлен фуршет. Я бегло огляделась, мгновенно выловив в толпе статную фигуру герцога. Но заставила взгляд скользнуть дальше, пока не нашла глазами сестру. Та заметила меня раньше и уже спешила ко мне.
— Лери! Господи, наконец-то, — воскликнула сестра, крепко обнимая меня. Совсем не так, как положено этикетом. — Ох, какая холодная! Как ты себя чувствуешь?
— Саманта, тебе лучше прямо сейчас рассказать мне все, что ты задумала, — я потянула сестру в сторону, но она заупрямилась.
— Лери, давай дождемся папу. Я все расскажу вам обоим.
— Милая, — раздался бархатистый мужской голос, и мы с Самантой одинаково вздрогнули, — представишь меня своей сестре?
— О, Зак, — лицо Сэмми осветилось нежной, немного смущенной улыбкой, — познакомься с моей сестрой Валери. Лери, это мой жених — милорд Захарий Лотье.
— Очень приятно, — поздоровалась я, внимательно разглядывая избранника сестры: высокий, худощавый, с тонкими чертами лица и очень светлыми волосами. Холодные внимательные глаза никак не вязались с доброжелательной улыбкой, и от этого диссонанса хотелось поморщиться. Но мужчина очень быстро стал серьезен.