-Павел Александрович, я,... - взглянула Алёна на не менее удивлённую сестру, но продолжила. - Я не знаю, как Юлия, но я чувствую вдруг себя лишней. Не будет ли Лев Павлович грозен, узнав, что ему придётся делить с нами наследство?
-У него были сёстры и брат, которые, увы, не дожили до сегодняшнего дня, - признался Азарьев и выдержал паузу, будто вспоминая кошмарное прошлое, от которого резко встряхнулся. - Наследство и раньше было разделено.
Азарьев отошёл к окну, помолчав ещё некоторое время, а у сестёр на душе становилось всё страшнее.
-Ступайте, мои хорошие... Надеюсь, так и останусь для вас достойным отцом, - молвил вдруг он, но повернулся только когда девушки покинули кабинет и дверь закрылась.
-Дурак, - молвил тихо Азарьев.
Он взял с подоконника лежащий там конверт и достал из него бумагу. Кратко перечитав её, Азарьев сел в кресло и тяжело выдохнул:
-Угрозы... Опять угрозы... А рука дамы... Кто же эта дама?
-Вам опять угрожают? - раздался вдруг голос стоящего у двери господина в чёрном плаще и треуголке.
Азарьев так и вздрогнул, сев прямо:
-Марков?... Вы снова появляетесь, как приведение?! Я же просил без доклада не приходить... Я бы хотел ещё для дочерей пожить...
-Боюсь, именно из-за этого Вы лишаетесь единственного сына, - улыбнулся Марков и, положив треуголку на стол, сел в соседнее кресло.
-Вы что-то уже узнали? - с надеждой ждал Азарьев ответа, но Марков смотрел внимательно и молчал ещё немного.
-Всё проще, чем думалось, - сказал он, а рукой стал постукивать по столу. - Игрок, растратчик денег, как Вы говорили дочерям, готовит выкуп, чтоб отец его выложил крупную сумму, а лучше и вовсе все сбережения, которые упрятал от сына пока в неизвестном месте. Да и дама нечто знает...
-Вам, вижу, действительно, многое известно. Как? - смотрел с подозрением Азарьев. - Как удалось Вам пробраться сейчас в дом, подслушать мою беседу с дочерьми? А о сбережениях? Кто вдруг сообщить мог сию информацию?
-Ваш игрок сам и сообщает о том своей любовнице, - указал Марков на письмо в руках Азарьева. - Не о том ли Вы получили угрозы, написанные рукой как раз её?
-Я понятия не имею, о ком Вы говорите, - смотрел поражённый новостями Азарьев.
-Я это тоже знаю, - кивнул Марков. - С этого дня Ваш дом и Вы будете находиться под нашей охраной.
-Что?! - поднялся Азарьев с широко раскрытыми глазами.
-А что это Вы удивляетесь так, Павел Александрович? - поднялся Марков. - Не Вы ли обратились к нам, чтобы выяснили, кто ворует деньги и вещи, кто угрожает да чем занимается Ваш сын? Не Вы ли? Да и мне важно, чтоб больше ничего из этого дома не пропало. Бумаги те ещё здесь?
-Я... Конечно же они ещё здесь, - смотрел неотрывно в его глаза тот, и Марков продолжал:
-Стоит проверить... Неужели Вас удивляет правда, о которой Вы же сами и догадывались?! Буду краток, дабы не ранить сильнее... Ваш сын готовит покушение на Вас и приёмных дочерей. Он не остановится ни перед чем, лишь бы заполучить всё.
-Оставьте его, - Азарьев, будто сдался, сел обратно в кресло.
Его взгляд блуждал растерянно. Сам он казался уставшим. Жизнь будто бы была чернее прежней. Оставалось только одно — покориться бьющемуся сердцу и... продолжать жить...
Укрывшись в спальне, его приёмные дочери могли только догадываться о том, что он переживает. Обе, переодетые, готовые ко сну, стояли у штор окна и подглядывали за каретой, стоящей в ожидании у входа...
-Может там ещё кто сидит? - вопросила Юлия.
-Зря мы согласились на уговоры воспитательницы стать дочерьми Азарьеву, - прошептала Алёна. - Нечистые дела здесь творятся.
-Как я скучаю по ней, - вздохнула Юлия. - Она всё же была нам, как мать... А девочки все... Мы все были, как сёстры. Так было весело, хорошо.
-Тебе ли говорить о том, как было хорошо? - удивилась Алёна. - У тебя ведь теперь есть милый Гаспаро.
-И ты мечтала вырваться. Не меня одну вини, - взглянула с возмущением сестра, и Алёна тут же замахала рукой на окно:
-Смотри! Этот человек уходит! Он вновь был здесь!
Они обе украдкой наблюдали, как Марков сел в карету, и та увезла его прочь...
Всю ночь Юлия спала неспокойно. Разные мысли становились всё глубже, ярче, мучительнее. Она уже и сама перестала понимать, о чём думает и что так тревожит. Собравшись скорее, заглянув в спальню сестры, Юлия видела, как та крепко спит...
Накинув на плечи шерстяную шаль, Юлия тихонько вышла в сад и остановилась в стороне. Она видела прогуливающихся по саду и у ворот гвардейцев и становилось вновь тревожно...
-Надо покорно выносить испытания, - прошептала Юлия.
Она только успела убрать от лица мешающийся из-за ветра локон волос, как увидела направляющегося к ней от дома Льва Азарьева.
-Доброго утра Вам, - поклонился он и взял за руку. - Вот и свиделись мы. Остаётся ещё познакомиться поближе и с сестрой Вашей... Тогда заживём, может быть,... как родные... Все вместе.
-Вы, - сглотнула Юлия.
-У меня были когда-то сёстры, - поцеловал Лев её руку, а в глазах читал уже, что она о том знает. - Расскажите о себе? Откуда? Где росли?
