Ее глаза сузились от обиды. Но она не решилась сделать нормальный выпад. Я поднырнул под руку и дал ей пощечину.
— Ты, видно, извращенка, как я и думал — тебе нравятся пощечины. Ну, так я тебе буду их давать регулярно.
Следующий выпад был уже значительно интереснее. Но все равно пощечина. Потом она, наконец, взяла себя в руки и сделала нормальный «веер». Это я у нее в голове название фигуры посмотрел. Я ушел и опять пощечина. И понеслась! Она, по-моему, показала все, что может. Я даже вынужден был увеличить свою скорость. Это, конечно, был не мастер Голтус, но явно его школа.
Через 2 часа, во время очередной атаки, я поймал ее руки, нажав при этом на две точки, причиняющие боль. Она остановилась, находясь все еще в горячке боя.
— Утренняя тренировка закончена. Так и быть, иди есть — заслужила.
Она медленно опустилась передо мной на колени. Потом взяла мою руку и приникла к ней губами. Опять пошел теплый контакт.
— Спасибо, Хозяин, я не думала, что такое возможно. У Голтуса я была одной из лучших.
— Ты — лучшая?! Не смеши меня — ты корова. Тебе еще учиться и учиться.
Так прошла неделя. Каждое утро я совершал в нее туалет, попутно подзаряжая серым, потом мы купались в запруде, а потом занимались. Вечерние тренировки проходили также, но я был с завязанными глазами. Это было значительно интереснее. Мои интуитивные сгустки при этом совершали просто сумасшедший танец, и я тренировался, учась находить оптимальный вариант поведения, ориентируясь на них. После моих закачек, Кентакка становилась все лучше и лучше, уже приближаясь по уровню к своему бывшему учителю — Мастеру Голтусу.
Как-то с утра, когда я еще спал, я почувствовал ее руки и губы на своем члене.
Когда я открыл глаза, Кентакка сказала:
— Мне кажется, что Вы хотите женщину. Позвольте я Вам помогу?
— Ну, валяй, покажи, что умеешь.
Ее глаза наполнились слезами, но она, тем не менее, мужественно продолжила. Минут 40 она пыталась заставить меня кончить. Наконец я сжалился над ней и выстрелил ей в рот. И семенем и серым. Такого оргазма я не ожидал — минут пять, наверное, ее просто колотило. Я не насылал на нее ничего — это было полностью ее. Когда все закончилось, она посмотрела на меня совершенно шалым взглядом и спросила:
— Что это было?
— Нормальный оргазм, какой должен быть.
Она покраснела и опустила глаза.
После обычного уже утреннего туалета в нее, она задержала член во рту и попыталась поиграть язычком с головкой.
— Ты хочешь профилонить утреннюю тренировку?
Она хихикнула и побежала на поляну.
В эту тренировку ее уровень стал выше значительно. Я уже вынужден был действовать на всей доступной мне скорости — она становилась очень серьезным противником. К тому же, пару дней назад, я ввел тренировку с пращей. Дело в том, что я потерял при охоте одну стрелу, а у меня и так их не много. Тогда я дал пращу Кентакке, показал, как кидать камни и сказал, что пока она кого-нибудь не добудет — будем голодать. Впрочем, мне еда не очень-то и нужна. На следующий вечер мы ели зайца с размноженной головой. Голод — хороший учитель.
Вечером того же дня, когда мы легли спать, она прижалась ко мне и прошептала:
— Хозяин, Вы у меня второй мужчина. Первым был Фолин, но мне не понравилось. То, что было там, в дупле, не считается, потому, что это тоже были Вы. Мои нижние дырочки до сих пор не закрываются, хотя мышцы попы я натренировала. Я хочу полноценно помогать Вам. Не говорите мне, пожалуйста, больше, что я шлюха — это не так. Вы мне можете говорить, что я ВАША шлюха. И это будет верно, поскольку Вы вправе делать из меня то, что Вам заблагорассудится, потому, что я Ваша. И если бы могла стать еще больше Вашей — стала бы. Если бы Вы сейчас спросили, готова ли я принести Вам клятву полного подчинения — скажу — ДА, готова.
Что-то изменилось в ней после этих слов, что-то неуловимо-значимое. Я вгляделся в нее и в себя и понял, что мои интуитивные сгустки рядом с ней пришли в полный покой. Все, теперь верю.
— Кентакка, сейчас я сделаю несколько действий: Во-первых, я познакомлю тебя с другими, давшими мне клятву. Ты готова?
— Да. Я всегда знала, что у Вас должны быть еще адепты. Я готова к этому.
— Креона, Фрика, познакомьтесь
Шарики внутри меня замерли в ожидании. Я аккуратно взял пузырь, в котором находился черный шарик и ввел его в общее пространство. Шарики осторожно подплыли друг к другу, знакомясь. Не знаю, что там происходило, но все трое приглушили свои огоньки, интенсивно общаясь друг с другом. Я решил им не мешать. Пока ждал — немного прикорнул. Проснулся от того, что Кентакка меня тормошила:
— Хозяин, проснитесь, пожалуйста. Я не могу ждать утра, меня переполняет! Они… Они… я даже не думала, что живые существа могут быть так близки. Они сказали, что примут меня к себе, если я буду Вас защищать. И я им поклялась! И они приняли меня к себе! Это целый новый мир. Я так рада!
Я погладил ее по голове, и она уткнулась в меня. Потом опять подняла голову:
— Хозяин, Вы сказали, что будет несколько дел. Что еще?
Я откинул плащ-палатку.
— Раздевайся.
Она в мгновение ока скинула с себя одежду
— Ложись.
