Мэн Хао подошёл к Цзи Тяню и спокойно встретил его взгляд. Посмотрев на чёрную черепаху в пруду, его глаза внезапно блеснули.
— Так ты тоже можешь это видеть? — с улыбкой спросил Цзи Тянь. — Так и знал, что правду не скрыть. Остаётся вопрос, смогу ли я унять твой гнев, кронпринц Гор и Морей?
Мэн Хао молча стоял, его глаза блестели и не без причины. Он увидел мириады крепких нитей кармы, связывающих Цзи Тяня и чёрную черепаху. Их связь во много раз превосходила связь других лордов Гор и Морей и чёрных черепах. Более того, Цзи Тянь и чёрная черепаха, похоже, разделяли жизненную силу. К тому же в их симбиозе главенствующее положение занимал не Цзи Тянь, а черепаха! В случае гибели черепахи её судьбу разделит и Цзи Тянь. Смерть же Цзи Тяня никак не скажется на чёрной черепахе. Вдобавок после его гибели чёрная черепаха поглотит всю силу его культивации, что повлечёт взрывной рост её боевой мощи.
Насколько Мэн Хао мог судить, дело было в клятве Цзи Тянь. Он поклялся, что жизнь положит ради Девятой Горы и Моря. Мэн Хао долгое время обдумывал ситуацию, после чего посмотрел Цзи Тяню в глаза.
— Зачем ты это сделал?
Цзи Тянь встретил взгляд Мэн Хао.
— Не это ты должен спрашивать, кронпринц, — медленно произнёс Цзи Тянь, сказал он это как гордый лорд Девятой Горы и Моря. — Давай сразу проясним. Признаю, у меня есть зуб на клан Фан. К тому же часть сект и кланов Девятой Горы и Моря чтят меня, но большинство испытывают лишь страх без какого бы то ни было уважения. Но, став лордом Горы и Моря, я не стал бесчинствовать, не стал творить зверств. Быть может, под моим владычеством Девятая Гора и Море не обогатилась и не прославилась, но при мне не начался и упадок. Появления большого числа избранных прямое тому доказательство. Я не тронул ни одного из этих избранных, к какому бы клану или секте они ни принадлежали, как и не устраивал кровопролития или резни! Не буду скрывать, клан Цзи действительно вырос до своих нынешних размеров благодаря созданной мной дарующей бессмертие платформе, которая позволяла многим людям становиться лжебессмертными, использовав моё имя. В итоге своими поступками я никак не навредил Девятой Горе и Морю. Раз уж на то пошло, то я подарил многим надежду и шанс обрести Бессмертие. Что до клана Фан, моя с ними вражда уходит корнями в старые обиды между нашими кланами. Несмотря на это, с самого начала твоего пути до момента, пока ты не вступил на Дао, я никогда не пытался тебя убить... за исключением того эпизода на Восьмой Горе и Море.
Мэн Хао ненадолго задумался, а потом мрачно произнёс:
— Складная история, но этого недостаточно. Я требую объяснения.
— Мэн Хао, э-эт-это уже слишком. Патриарх напал на тебя и твоего отца не по своей воле. Он...
— Достаточно, — оборвал девушку Цзи Тянь, жестом приказав ей замолчать. Посмотрев на Мэн Хао, он, похоже, принял какое-то решение. — Я могу всё объяснить, кронпринц. С этими словами он поднялся на ноги и взмахом рукава открыл перед собой разлом и без колебаний вошёл в него.
Мэн Хао покосился на Цзи Инь. Сказанного ей было достаточно, чтобы он в общих чертах понял ситуацию. Войдя в разлом, он оказался в другом измерении. Оно представляло собой небольших размеров склеп.
— Кронпринц, моё объяснение здесь, — хрипло сказал Цзи Тянь.
Мэн Хао огляделся. Увиденное не разочаровало. В склепе стояло восемь гробов, внутри них не было ничего кроме груды кожи. Даже костей не осталось. Воздух пропитывала плотная кармическая сила. Глаза Мэн Хао заблестели. Ему хватило пары мгновений, чтобы понять назначение этого места, но не определить работающую здесь великую магию.
— Вселение в тела клонов, — высказал своё предположение Мэн Хао. — Попытка создать совершенное тело... Восемь одержимых тел подобны восьми жизням и, судя по всему, Цзи Дунъян был твоей восьмою жизнью. Он хотел вселиться в меня, дабы стать девятой жизнью! То есть хочешь сказать, что тобой овладела твоя же магия? Что встреченный мной "ты" был на самом деле кем-то другим. Получается, после смерти Цзи Дунъяна заклятие потеряло силу, и ты вернул контроль над собой?
Говоря всё это, Мэн Хао с блеском в глазах смотрел на Цзи Тяня!
[1] Цзи Инь — избранная, которую Мэн Хао после победы заключил в своей сумке во время событий в древнем монастыре Древнего Святого. Неизвестный эксперт под её личиной проник в клан Фан во время попытки клана Цзи уничтожить своего соперника. — Прим. пер.
Книга 8 Глава 1354
Цзи Тянь какое-то время ничего не отвечал. Вздохнув, он с тяжёлым сердцем окинул взглядом склеп.
— Кэ Юньхай был героем целого поколения... Его магия реинкарнации сработала на Кэ Цзюсы. Но, даже заполучив эту технику, мне так и не удалось заставить её правильно работать.
У Мэн Хао голова пошла кругом. Теперь-то он понял, почему эта техника показалась такой знакомой. Это была... та самая легендарная техника, о которой упоминал Кэ Юньхай.
— Кронпринц, тебя удовлетворило моё объяснение? — медленно спросил Цзи Тянь.
