Сердце парагона Сюань Фана бешено застучало. Марионетка смотрела не просто на его тело, а могла видеть глубже: его разум и душу. По кровожадной интонации парагона-марионетки нетрудно было догадаться о его недобрых намерениях. Была в этом голосе и какая-то неестественная жестокость, от которой звёздное небо вокруг них покрылось льдом. Внезапно парагон-марионетка исчез и возник прямо перед Сюань Фаном. Тот без тени сомнений рванул назад. Выработанные за века инстинкты предупредили о страшной опасности. Как бы быстро он ни пытался улететь, до фрагмента души Чоумэнь Тая, спавшего внутри парагона-марионетки, ему было далеко. Парагон-марионетка, казалось, схватил рукой ткань бытия. В действительности же он манипулировал потоком времени, чтобы вернуться на несколько мгновений в прошлое.
— А ну, вернись! — холодно приказал он губами парагона-марионетки.
Марионетка резко потянула пространство на себя. Вдалеке парагон Сюань Фан побледнел, когда его душу схватила взявшаяся словно из ниоткуда рука и потащила к марионетке.
— Ты не Игу и не Мэн Хао! Кто... ты такой?!
Сюань Фан прикусил кончик языка и сплюнул кровь жизненной эссенции, после чего исполнил двойной магический пасс. Выплюнутая кровь разрослась до алого моря, которое приняло форму огромного магического символа.
— Раскол!
В такой опасной ситуации размышлять времени не было. Сюань Фан атаковал без оглядки на возможные негативные последствия. Пространство вокруг него исказилось, а потом кровавый магический символ взорвался, чья взрывная волна ударила в руку парагона-марионетки, прибывшую из прошлого. Не теряя ни секунды, он со всей скоростью, на которую был способен, бросился бежать. Кровь громко стучала в висках, в голове каша: всё это от осознания, насколько могущественной оказался парагон-марионетка. Ему в голову закралась предательская мысль, возможно, не стоило перерезать нить, связывающую Мэн Хао и марионетку, возможно, он допустил... огромную ошибку.
"Проклятье, это не марионетка! Изнутри её поддерживает душа! Вселившаяся в него неприкаянная душа!"
От такого вывода лицо Сюань Фана совсем перекосило. Теперь опасность ощущалась ещё острее. Как бы он ни пытался скрыться, это чувство только усиливалось. Словно он не сумел вырваться, а вместо этого угодил в клетку куда прочнее прежней. Клетку, из которой не было выхода.
Глаза парагона-марионетки блеснули, и он с размаху ударил кулаком. Пустоту затопил грохот. Энергия удара в мгновение ока достигла Сюань Фана. Несмотря на своё могущество, он всё равно закашлялся кровью и ошалело попятился. Посмотрев на парагона-марионетку ещё раз, у него словно что-то щёлкнуло в голове.
— Т-т-ты... ты не практик из мира Бессмертного Парагона, — заплетающимся языком выдавил он. — Т-ты... из мира Варварского Дьявола! Варвар...
В глазах парагона-марионетки промелькнула ностальгия, однако он всё равно сделал шаг навстречу Сюань Фану и нанёс очередной удар. Сюань Фана отшвырнуло назад в фонтане его же крови.
Тем временем Мэн Хао обнаружил нечто совершенно невероятное. На месте взорванного солнца тонкие искрящиеся нити сложились в контур магической формации. В её сердце покоился... лук! Лазурный лук парил в ядре магической формации, сияя безграничным светом. Драгоценное сокровище парагона Девять Печатей!
Стоя над магической формацией, Мэн Хао смотрел прямо на лук! Солнце взорвалось, но оно лишь служило внешней оболочкой. Мэн Хао даже не взглянул в сторону Сюань Фан и парагона-марионетки, всё его внимание было приковано к оружию. Его рука сама собой потянулась к сокровищу, на что-то задрожало. Кровь парагона внутри фрукта нирваны закипела в совершенно небывалой манере. Лук начал медленно подниматься к Мэн Хао.
Вместе с тем задрожал весь мир Горы и Моря за печатью, чёрные черепахи в своих прудах взвыли, словно к ним что-то взывало. Воля мира Горы и Моря тоже яростно заклокотала. У патриарха Покровителя расширились глаза, и он тоже неожиданно для себя запрокинул голову и присоединился к их рёву. Пространство вокруг Гуидин Три-Ливень заполонила странная рябь. Даже из совсем непримечательной горы Дацин внезапно поднялась необычайная аура.
Дун Ху на спине патриарха Покровителя задумчиво смотрел на парящую в мягком сиянии жемчужину перед собой, а потом поднял глаза к небесному куполу.
— Я посвятил жизнь подготовке сокровища для другого человека. Кого-то, кого я не знаю. Может ли такое быть... что судьба предназначила этот предмет ему?..
На фоне происходящего практики с артефактами трёх дойенов удвоили свои усилия. Вместе с практиками мира Горы и Моря они беспрерывно атаковали дрожащую печать, накрывшую их мир.
Тем временем с гулом из магической формации выпорхнул лук... и приземлился в руку Мэн Хао. На лазурное древко была натянута чёрная тетива, но стрел не было! И всё же от оружия буквально веяло многовековым прошлым.
