– Ок. – Никита поднял руки, сдаваясь, посмотрел мне в глаза и улыбнулся. – Ну вот опять они стали темнее. Кати, ты прекрасна в гневе, реально – индуистское божество.
– Скажи это моим родителям.
– А ты готова меня с ними познакомить? Мы еще даже не целовались.
– Так, с меня хватит. Пожалуй, пойду домой.
– Все-все, прости, согласен, это был перебор. Подожди, я быстро переоденусь и поедем, ок? Тебе какао подлить?
– Нет.
Уходя, я поблагодарила маму Никиты за гостеприимство и сделала комплимент стильному интерьеру квартиры. Тетя Наташа расплылась в ответной улыбке и сказала, что я красавица и умница, раз дополнительно занимаюсь математикой. Предложила почаще приходить к ним в гости. В машине я молчала, злилась на Никиту и смущалась. Он уделял мне внимание, можно сказать, заботился, а я не привыкла к такому, к тому же он сел назад, и так как за водителем было установлено детское кресло, мы с Никитой оказались тесно прижаты друг к другу. Его нога приятно давила на мою. Я пыталась справиться со всем этим эмоциональным фаршем, но напряжение не уходило. Как назло, забыла дома наушники. Никита молча протянул свой – надо же, как вовремя, я воткнула его в ухо, вслушалась и улыбнулась.
– Люблю Басту.
– Похоже, нас объединяют не только соседство, дроби и тайна, но и желание подняться надо всем этим.
– А ты, похоже, не только математик, актер и боксер, но еще и мыслитель.
– Прикинь, я нечто более сложное, чем просто псих, копающийся в помоях. Сам в шоке.
– Кстати, что ты искал?
– Неважно…
– Я так не думаю. – Отвернуться к окну я успела вовремя, иначе Никита увидел бы вспыхнувшие щеки в ответ на то, что он сказал дальше:
– Принцесса, глупо скрывать – ты мне нравишься, но даже для тебя есть запретные зоны. Ты и так уже внутри моих границ. Ок?
Ответить я не успела, мы как раз подъехали – и я постаралась поскорее выйти из машины.
На этот раз механический голос в голове вещал не из московского метро, а из автомобильного навигатора в исполнении Бондарчука. Оказавшись внутри здания, я подошла к бару и заказала безалкогольный мохито. На экране крутились фотонарезки тематических вечеринок клуба. Я развернулась и оглядела зал. Чувствовалось, что аудитория собралась постарше: до шестнадцати никого, напитки в баре покрепче, треки разнообразнее. На сцене расслабленно двигалась подтанцовка в откровенных костюмах. Добро пожаловать в клуб для более взрослых детишек. Никита сел рядом со мной. К нему постоянно подходили парни и девушки: одни по-приятельски здоровались, хлопали по плечу, обнимались, другие целовали в щеку, строили глазки, томно вздыхали и накручивали на пальцы волосы всевозможных расцветок, длин и укладок. Фу-у-у. Отстой.
Не в силах продолжать на это смотреть, я зашла в самую гущу людей и растворилась в музыке. Она струилась по мне, внутри и снаружи, я закрыла глаза и позволила телу стать инструментом самовыражения. Вот по чему скучала больше всего – так это по занятиям с хореографом и группой. Там меня понимали, ценили, признавали своей, а в школе я в очередной раз превращалась в новенькую ученицу со среднестатистической успеваемостью и внешностью. Только танцпол оставался моей территорией.
Почувствовав на затылке дыхание, я подумала, что это Никита, но, обернувшись, увидела незнакомца.
– Круто двигаешься. Занималась?
– Тебя не касается.
– А может, я хочу, чтобы касалось.
– Да что ж такое-то. Я могу просто потанцевать?
– Можешь.
– Вот и отвали.
– Зачем же так грубо?
– Тебе сказали: отвали. Ты глухой? – Никита подошел сзади и положил ладони мне на плечи, отчего я сначала вздрогнула, но потом расслабилась. – Она со мной.
– Понял, Никитос, я ж не знал.
– Тебя даже на пару песен одну не оставить, сразу охотники объявляются. Не парься, этот безобидный.
– Эти, как ты говоришь, охотники, на любую девушку здесь так реагируют. Противно. Только мы не добыча. – Я повернулась к Никите и взглянула на него с вызовом, что, наверное, смотрелось немного глупо, потому что одна рука его так и осталась лежать на моем плече, а я не спешила ее убирать.
– Знаю. Ни вы, ни тем более ты – не добыча. Ты моя принцесса.
Он стоял близко, улыбаясь глазами, потом перевел взгляд и дотронулся до родинки на предплечье. Я растерялась, натянула футболку, а тут еще заиграл тот самый трек, который мы слушали в такси.
– Потанцуем?
Я пожала плечами, типа мне все равно, но это было не так. Совсем. Я чувствовала на спине его сильные руки. Его бедра касались моих в такт музыке, а глаза излучали нежность, откровенно и безотрывно. У меня перехватило дыхание, но взгляд я не отводила. Слова, которые слышала много раз, отпечатывались новым смыслом.
