Шон сделал шаг ко мне, я попятилась назад.
— Лили, как же я скучал, — тихо произнёс он.
Я ожидала чего угодно, но только не этого. Поэтому замерла. А он просто сжал меня в объятиях и припал к моим губам. Моё тело мгновенно откликнулось. Возбуждение прокатилось волной, и я невольно ответила на поцелуй. Мои руки взметнулись и легли на широкие плечи, а поцелуй из нежного быстро превратился в беспорядочный и жадный. Это было какое-то помешательство.
Но я вдруг осознала, насколько неправильно поступаю или, скорее, насколько подло поступает он. Накрывшая меня волна злости и негодования заставила сделать то, чего я совершенно не планировала. Я напала.
Захват руки. Подсечка, как учил Варг. Затем бросок через себя, и будущий император полетел в ванну с минеральной водой.
Шон выругался, но быстро вскочил на ноги. Он метнулся ко мне так стремительно, что я успела только развернуться в попытке убежать. А через мгновение он прижал меня к зеркальной стене. Его руки упёрлись в стену по обе стороны от меня, пытаясь удержать основную часть своего веса, но я всё равно чувствовала его всем телом.
— Лили, не беги. Нам надо поговорить, — его дыхание щекотало кожу.
Но в тот момент я не могла мыслить здраво. От такой близости по спине проходили мурашки, а сердце билось ещё чаще. И такая реакция собственного тела злила гораздо сильнее.
— Нам не о чем разговаривать. Можешь идти и зажимать свою невесту, а меня не смей трогать, — прошипела я.
— Лили, выслушай меня.
Я снова попыталась вырваться, но он навалился сильнее, и теперь я прижималась щекой к стене.
А он вдруг тихо заговорил:
— Моя свадьба фиктивная. Церемонию организовали специально, чтобы поймать убийцу.
Желание отпихнуть его резко поубавилось. Я замерла.
— Что?
Заметив мою растерянность, Шон развернул меня к себе лицом.
— Прости, но я не мог вернуться и не мог связаться с тобой. Я должен был оградить тебя от опасности.
— От какой ещё опасности?
— Лили, охота на мою семью началась много лет назад. Мою мать убили. Пытались убить и меня, но я чудом выжил.
Я заморгала, пытаясь осознать услышанное.
— Объясни подробнее…
Шон тяжело вздохнул, убрал руки и снова заговорил.
— Я смутно помню случившееся. В то время я был слишком мал. Моя память сохранила лишь обрывки событий. Они вернулись, когда я вновь оказался на Ксенор-7. Я вспомнил, как кто-то напал на наш корабль, когда мы с матерью возвращались на планету. Весь экипаж погиб, но мать спасла меня ценой своей жизни. В последний момент она активировала спасательный челнок и посадила меня внутрь. Она сказала, что челнок доставит меня домой, во дворец. Но всё пошло не по плану. Взрывной волной от двигателей челнок забросило в пространственный тоннель. Именно такой мощный толчок позволил мне преодолеть барьер между галактиками и попасть в совершенно новую область космического пространства. Дальнейшая моя судьба тебе известна. Через некоторое время, когда ресурсы челнока были на исходе, меня подобрали мародёры, а уже потом рейнджеры Клиссара.
От его слов меня как током ударило, даже холодок пробежал по спине.
— Ты сказал «охота на твою семью». Что это значит?
— Это значит, что смерть моего отца не была случайной. Его убили, как раз в тот момент, когда я вместе с Адолиром покидал Клиссар.
— Сверхновая, Шон, куда же ты влез… — потрясённо прошептала я. — Зачем ты вообще согласился лететь с ними?
— Затем, что я один из них.
Конечно, в глубине души я его понимала. Он должен был выяснить, кто он такой.
— Этот Адолир он…
— Друг, — тут же добавил Шон. — Он до последнего был предан моему отцу. Встретив меня на Тэлоне, он вернулся на Ксенор-7 и сразу же доложил ему об этом. Отец поручил вернуть меня на планету, но поговорить мы так и не успели. Ещё на подлёте к планете Адолир ввёл меня в курс дела, а для обучения языку и традициям приставил ко мне свою дочь.
— Дочь?
— Да, Алеана З’арокс его старшая дочь.
Упоминание этой девушки вызвало раздражение.
— Мне безразлично, чья она дочь. Сейчас я пытаюсь понять, что здесь происходит.
— Понимаешь, Лили, ксенотари очень сильная раса. В этой галактике мы что-то вроде атлторцев. Вроде бы и друзья, но только император седьмой планеты решает, что и как делать всем остальным. Наше влияние велико. И сейчас на планете ведётся борьба за власть со всеми вытекающими последствиями, включая придворные интриги и коварство врагов.
— И кто наши враги?
На его лице промелькнула лёгкая улыбка.
— Что? — не поняла я.
— Ты приняла мою сторону, даже не вникнув в детали. И я совершенно не хотел втягивать тебя во всё это. Но без тебя мне не справиться. Наш враг — это мой родной дядя Зукул Д’арак.
— О… — многозначительно протянула я.