— Зачем? — удивилась я, даже подняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза.
— Лили, я должен убедиться, что таларцы не имеют никакого отношения к смерти моих родителей.
— И как ты планируешь в этом убедиться?
— Очень просто. Я использую твои пси способности.
— Что?
— Ты будешь присутствовать на встрече вместе со мной и попытаешься считать их эмоции.
— Почему ты думаешь, что у меня получится? На тебе и остальных ксенотари мои пси способности не работают.
— На таларцах должны сработать. По природе они слабее нас и имеют несколько уязвимых мест, включая ментальную защиту.
— А если они действительно непричастны. Что тогда?
— Тогда мы вернёмся во дворец, и я уничтожу собственного дядю вместе с его семейством.
От его слов я поёжилась…
Благодаря технологиям вода оставалась тёплой, и мы с Шоном продолжали нежиться в ванне. Только наше положение слегка поменялось. Теперь я сидела, прижимаясь спиной к его груди.
— За два года, что мы не виделись, ты изменилась, — вдруг произнёс он, обнимая меня за талию и прижимая к себе теснее.
— Волосы сильно отросли или появились морщинки?
Он тихонько рассмеялся, а я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть его смех.
— Нет, дело не во внешности, — наконец продолжил он. — Просто раньше ты была такой мягкой, немного пугливой.
Я откинула голову на широкое плечо, слушая его голос.
— А теперь твой взгляд стал увереннее, в нём появилась твёрдость и решительность, — добавил он.
— Пожалуй, ты прав, — согласилась я. — Знаешь, эти два года без тебя были сложными. Иногда мне казалось, что мир вокруг разваливается, что силы покидают меня. Но я верила, что ты вернёшься, и мы будем вместе. Это придавало сил. А когда главнокомандующий Тарвил сообщил о твоей свадьбе… В общем, эта новость разбила мне сердце.
— Прости, — с грустью произнёс он, при этом его губы коснулись моего виска. — Но я не мог поступить иначе и повторить ошибку отца. Зукул не должен догадаться, что ты на самом деле значишь для меня. Иначе он обязательно воспользуется этим шансом.
— А как же Алеана? Разве называя её своей невестой, ты не подвергаешь её опасности?
— Чтобы навредить Алеане, моему дяде придётся постараться, — усмехнулся Шон. — Во-первых, она гораздо сильнее, чем кажется. Ведь она ксенотари и к тому же дочь своего отца. Адолир тренировал её с детства. Во-вторых, Алеана выросла во дворце. Она знает его вдоль и поперёк. Здесь полно преданных ей воинов, которые могут обеспечить не только нашу с тобой безопасность, но и конфиденциальность этой встречи.
Мы замолчали на какое-то время, а потом я вдруг спросила:
— Значит, ты мой на эту ночь?
— Я твой, Лили. И не только на эту ночь. Позже ты сама всё поймёшь, — говоря это, он набрал воду в ладони и начал поливать мою грудь и живот.
Он делал это снова и снова, пока мои соски не затвердели. Тогда он прекратил играть с водой и обхватил мою грудь ладонями.
— Ты моя, Лили.
Я выгнула спину, подставляясь его рукам. Внизу живота сладко заныло от желания, а в поясницу упёрлась его возбуждённая плоть.
— Я всегда была твоей, — прошептала я.
— Знаю и мне безумно жаль, что я потерял столько времени.
— О чём ты? — не поняла я, так как мысли начали разлетаться.
— Я должен был сделать тебя своей гораздо раньше. Если бы я только знал, что имею на это полное право.
— Право? Шон, я не совсем понимаю…
Договорить мне не дали. Он резко развернул меня к себе лицом и усадил на себя сверху. Его ладони прошлись по моим бёдрам, легли на ягодицы и сжали их не сильно, но возбуждающе.
— Всё дело во мне. В особенности моей расы. Я расскажу. Обязательно расскажу. Только позже… — последнюю фразу он буквально прохрипел, так как я приподнялась и подалась вперёд, и тут же медленно опустилась вниз.
Я сама не сдержала стон и прикрыла глаза от удовольствия, ощущая его внутри себя.
— Смотри на меня, Лили, — его рука легла мне на горло. — Я хочу видеть твои глаза, когда ты кончаешь.
Я представить себе не могла, насколько подобный приказ заведёт меня. Я открыла глаза и посмотрела на него, как было велено.
Его рука переместилась ниже. Он провёл кончиками пальцев между грудями к животу и ниже, заставляя меня трепетать и забыть обо всём.
Шон помогал мне приподниматься, насаживая сильнее, пока мои ноги не задрожали, а дыхание не стало прерывистым.
— Шон… — вскрикнула я от стремительно накатившей волны наслаждения.
Вершины блаженства мы достигли одновременно, после чего я обессилено упала ему на грудь.
— Ты прекрасна в своём удовольствии, — прошептал он мне на ухо.
Когда мы вылезли из ванной, Шон отнёс меня на кровать и улёгся рядом.
— Спи, Лили. Завтра нас ждёт трудный день.
Он начал поглаживать меня, не возбуждая, а скорее успокаивая. Я не заметила, как уснула, прижавшись к его боку.
Проснулась от звукового сигнала. Шона в комнате не было. Он ушёл. Это я ощутила сразу.
Когда я привела себя в порядок и оделась, за мной пришли.
— Лилия Гейл, следуйте за нами. Мы проводим вас на завтрак, — произнёс один из воинов.