Мой неверный муж (СИ) полностью

Утром проснулась разбитой. Глаза — красные щелки, сил нет, в голове дурман. Каюсь, мечтала, чтобы все жутким сном оказалось, но реальность догнала холодным сумрачным утром. Я одна в гостиничном номере. Никогда больше не будет как прежде.

Включила телефон, и он взорвался оповещениями. Сто тридцать пропущенных и пятьдесят сообщений. Все от Марата, кроме парочки. Я открыла те, которые из домашнего чата с детьми.

Лиана: Доброе утро, родители. Когда домой?

Иль: Бабушка с дедушкой зовут нас в питомник. Щенка выбрать)) не домой) Можно?

Лиана: Мы уроки уже сделали!!!

Я зажала рот ладонью. Глушила душащий крик. Наш обычный семейный утренний треп. Мы даже дома, находясь в разных комнатах, могли писать в этот чат: кому поесть, кому попить, что посмотреть, куда сходить. Теперь так не будет. Нет семьи. Кончилась. Их папа новую завел. Там тоже чат, только обсуждались другие вещи. Они Марата интересовали больше: дети и жена, а на другой чаше весов анальный секс и глубокий минет. Мы с бандитами проиграли в неравном бою. Еще полгода назад.

Это ж сколько времени он был с ней? Нас оставлял и выбирал ее. Получается, что тогда бросил не только меня, но и сына с дочерью, чтобы к своей деве сбежать. Зачем тогда мы ему нужны? Почему ищет меня и пытается удержать? Собственник. Властелин. Я ж отец! Ясно, понятно.

Муж мигнул зеленым и начал писать. Я замерла.

Папа: Мы с мамой приедем. Правда, Поля?

Я молчала. Ему не стала отвечать. Только детям написала, что пусть едут в питомник. Хорошо, что их вчера не было. Страшно представить, что было бы, если бы увидели наши разборки.

Я умылась, оделась, причесалась. Лицо без косметики могло бы выглядеть свежим, если бы не бессонная ночь с рыданиями в подушку. Плевать. Мне абсолютно все равно, какой Марат меня увидит. Главное, что внутри. А там — выжженная земля. Ночью во мне что-то умерло. А когда мертвый — уже не так больно…

Такси притормозило у наших ворот. Роллс-Ройс Загитова стоял криво и мягко урчал — прогревался. Куда, интересно, собрался? Старую жену в стойло загнать или у новой животик заболел?

Я столкнулась с Маратом в дверях. Злорадно улыбнулась, отметив, что он тоже выглядел хреново. Помятый, всклокоченный, капилляры полопались, взгляд бешеный, но с искрами облегчения. Видимо, не рад был бы, если бы меня съели волки.

— Явилась, — сухо бросил, отступая от двери. — Где ты была?

— Это тебя не касается, — не разуваясь, хотела подняться к себе.

— Ты моя жена, и меня касается все, что касается тебя, — Марат не дал, загораживая широкими плечами проход.

— Скоро у тебя будут новая жена и новые дети. Наслаждайся, — коротко стервозно улыбнулась.

— Ты слишком самонадеянна, жена, — демонстрировал мой статус, — если думаешь, что отпущу вас.

— На цепь посадишь? На хлеб и воду? Меня или всех нас? Как детям будешь объяснять, какой их папа мерзавец?

— Полина, хватит! — психанул, не выдержал. — Давай без нервов обсудим… — столько усталости в голосе. Неужели утомило амплуа властного Отелло?

— Хочешь обсудить условия развода? — это единственное, что волновало меня.

— Я сказал: никакого развода не будет! — прорычал. Еще бы залаял. — Я хочу объяснить.

— Мне не интересно, — равнодушно прервала. — Причины и следствия твоего блядства — исключительно твои проблемы. Ты мне чужой! Я тебя не знаю! Мне плевать, почему ты это сделал. Хотя, — я внимательно взглянула на него, — я одного понять не могу: когда ты так возненавидел меня? За что?

— Ты с ума сошла? — изумленно проговорил. — Я люблю тебя. Только тебя люблю, Полюшка.

— Не называй меня так! — это стало моим триггером. — Больше не смей!

Марат выглядел ошеломленным и даже встревоженным.

— Почему ты признался в измене таким способом? С особой жестокостью. Что я сделала, что не заслужила банальной жалости?

— Я дал тебе переписку, чтобы ты поняла: она просто давалка. Тупо секс. Ничего личного. Я не изменял тебе. Просто сброс энергии. Как спортзал!

Я рассмеялась. Я думала, что есть глубинные смыслы, а Марат просто дурак. Лучше бы реально полюбил, чем со шлюхой. Господи, изменять и нести грязь в нашу постель, сделать ребенка девушке с низкой социальной ответственностью, заявить, что будет с ней жить, а потом стоять с полным непониманием, почему я не целую ему ноги… Загитов, кажется, деградировал. Может, поставил себя анальную пробку в мозжечок?

— Этот спортзал беременный, и ты с ним жить собрался, — напомнила, стараясь сдержать нервный смех.

— Да не собирался я! Мне на нее похуй! Ребенка навещал бы, и все. Хотел посмотреть, как отреагируешь. Ревность вызвать!