Белый город представлял собой множество построек: театров и храмов, конюшен и гаражей, небольших зданий, предназначенных для многочисленной прислуги. Вокруг построек маленькие аккуратные сады, чудесные виноградники и небольшие рощицы с уютными беседками и идеальными дорожками.
Императорская резиденция состояла из четырех отдельных зданий с дорогими стеклами и настенными фресками: дворца императора, дворца императрицы и дворцов каждого из принцев — старшего и младшего. Парадный вход каждого здания выходил на одну из сторон света.
Сразу за дворцом императора находилось огромное озеро, а за ним невероятных размеров зоопарк с клетками, в которых содержались редкие животные, а также вольеры, полные экзотических птиц.
Когда мобиль остановился, я была погружена в себя и не обратила внимание, к какому из дворцов мы подъехали.
К нам подошли люди в темной форме, на груди которых сияла эмблема — лук, меч и кисть руки, пальцы которой сложены в характерную фигуру — явно магическую — в золотом круге. Эту эмблему я уже знала — знак отличия дворцовой охраны. Кастет достал несколько ее комплектов — для себя, меня и одного из кастетчиков.
Мэлвис вышел из мобиля. Командир небольшой группы обменялся с ним парой фраз, после чего дракон открыл мою дверь и молча предложил руку.
Я выбралась, опираясь на сильную мужскую ладонь, твердую и теплую. И только дотронувшись до нее, ощутила, как холодны мои собственные руки, и как дрожат ноги. Миральд Мэлвис, видимо, почувствовал мое состояние, с нечитаемым выражением на лице без разрешения приобнял за талию, делясь теплом, и повел.
Мы отправились вслед за одним из охранников.
Некоторое время в голове господствовала звенящая пустота. Еще недавно мысли толкались, мешались, пугали, а теперь… все исчезли, словно пугливые мыши забились в норки в ожидании встречи с… кем?
С отцом?
Нет, герцога дес’Ориниса я не могла назвать этим замечательным словом, характеризующим надежного, сильного, заботливого и любящего мужчину.
Похоже, Оринис относился к той категории людей, у которых нет детей. Даже те, которые рождались, для них являлись не детьми.
Инструментами. Для. Достижения. Целей.
Я шла рядом с Миральдом Мэлвисом по темным коридорам здания, чувствуя его молчаливую поддержку, спускалась вслед за ним по ступеням вниз, снова шла и снова спускалась. И пока шла, похоже, окончательно поняла, что случилось со мной пятнадцать лет назад.
Только чем руководствовался его светлость герцог дес’Оринис, его мотивы никак не могла… осознать.
Для чего… все это?
Иногда на каком-нибудь перекрестке коридоров ловила на себе пристальный взгляд своего молчаливого спутника. Отвечала спокойным взглядом и чувствовала его беспокойство и удивление.
— Как вы чувствуете себя, мисс? — тихо спросил Мэлвис, когда мы, наконец, остановились около высокой и широкой железной двери без какого-либо подобия ручки или замка.
— Чувствую себя безымянной, когда вы обращаетесь ко мне без имени, — безэмоцилнально ответила.
— На сегодняшний день у вас слишком много имен, — сдержанно проронил Миральд Мэлвис. — Мы же договорились, что пока остановимся на «мисс».
— Договорились, — кивнула. — Не возражаю. Просто сообщила о своих чувствах. Вы же тоже чувствуете меня? Мои эмоции?
— Чувствую, — нахмурился дракон. — И они настораживают меня.
— Знаете, меня тоже, — усмехнулась. — Но, боюсь, будь по-другому, сойду с ума.
— Понимаю, — на миг дракон сжал губы в тонкую линию. — Теперь слушайте меня внимательно. Сейчас мы зайдем в комнату, в которой допрашивают вашего… — он запнулся, скривился и продолжил, — герцога дес’Ориниса. Он не будет нас видеть и слышать из-за магической стены, но мы будем его и видеть, и слышать.
— Меня это устраивает.
Почувствовала небольшое облегчение. Потому что вдруг совершенно отчетливо поняла — с герцогом дес’Оринисом вот прямо сейчас я не готова встретиться лицом к лицу.
— Кто вас поддерживал, герцог? — задал вопрос высокий худощавый мужчина, одетый в форму полицейского Ритании, но без отличительных знаков.
Миральд Мэлвис меня уже просветил, что это был сам лорд Дор Грей, глава полиции Ритании.
Из-за большого крючковатого носа незнакомое мужское лицо напоминало орлиное, в густых черных волосах длиной ниже плеч блестела седина. Глубоко посаженные глаза показались невыразительными, но взгляд — неожиданно пронзительным и холодным.
— Я действовал один, — спокойно ответил герцог дес’Оринис.
Жадно вцепилась взглядом в того, кто, по словам Миральда Мэлвиса являлся моим биологическим отцом. И самым родовитым и титулованным человеком Ритании.
Мужчина сидел перед главным полицейским империи, с обратной стороны массивного стола, на котором документы лежали аккуратными стопками, и смотрел на оппонента так, словно это не его допрашивают, а он ведет допрос.
