— Я отправила письмо его величеству во дворец и сообщила о том, что случилось, — шептала я своему хвостатому другу, а слезы капали на черную шерсть. — Император ответил, что он уже в курсе событий, а я не должна волноваться. Написал, что с его племянником все хорошо, и он вернется через несколько дней. И, знаешь, что ещё приписал? «Моя милая леди Оринис, Рафаэль тоже много лет назад потерял связь со своим драконом. Примите меры, чтобы вернуть его дракона тоже. Стрессы на границе пока в этом не помогли моему сыну. С надеждой на лучшее, Кассий Первый».
Тогда я осознала, что Мэлвис уведомил его величество, а для меня — ни слова. Ни полслова. Ни весточки. А сейчас вернулся, значит. И явно ни минуту назад, ведь уже нарядно упакованный и причесанный. И сразу к своей невесте на бал…
От грустных мыслей очнулась, лишь заметив задумчивый взгляд Рафаэля, которым он посматривал на меня, пока мы шли в бальный зал. Я осознала, что давно молчу и совсем не слышу то, о чем говорит мне его высочество.
Рафаэль вновь закружил меня в танце, а потом приглашал ещё два раза, хотя я помнила, что на данные танцы в бальной карточке были записаны совсем другие кавалеры. И все время принц развлекал меня историями, довольно интересными и смешными, и, наконец, смог отвлечь меня от мыслей о том, о ком думать совсем не следовало.
Лишь иногда чувствовала, как между лопатками жжет от чужого взгляда, и от этого охватывала злость и обида.
«Не смотри на меня! — мысленно обращалась к своему дракону. — Не мучай меня! Упрямый… Невыносимый… Твердолобый! Я не буду смотреть в твою сторону. Не буду показывать, как рада, что ты вернулся и у тебя все хорошо».
На следующий день после благотворительного бала Рафаэль пригласил меня на прогулку на лодке по озеру, которое располагалось на территории Белого города.
Я явилась вместе с компаньонкой, и прогулка прошла совершенно замечательно. Рафаэль сам правил лодкой, а я сидела под зонтиком, защищающим от солнца, и искренне любовалась очень красивым и мужественным лицом, широкими плечами и сильными руками.
Наверняка Раф уже разбил ни одно женское сердце при дворе, подумала я. Не зря же замечала колючие взгляды многих драконесс. Однако ни одна из них не пыталась стать моей соперницей, и я догадывалась, что в этом заслуга императора Кассия, который постоянно выказывал мне свое особое расположение.
Стало вдруг грустно. Зачем Рафаэль принял то решение насчет Алерии? Не верил, что сможет полюбить девушку с другим лицом?
Я чувствовала на себе его взгляды, иногда смотрела в ответ, но быстро отводила взгляд в сторону, ведь я… приличная девушка из пансиона и не всегда могу вести себя так раскованно, как вчера, да и когда он так смотрел, мягко, нежно, задумчиво, в душе все переворачивалось…
Через две недели после той прогулки и после ещё многих встреч, на которых мы становились все ближе и ближе, Рафаэль сообщил, что вскоре в императорском дворце будет бал в честь его дня рождения, и он объявит о нашей помолвке, если я согласна стать его невестой.
Мы прогуливались по одному из прекрасных садов Белого города, в нескольких шагах от нас шла моя компаньонка, и я тихо ответила, не поднимая глаз на принца:
— Рафаэль, ваше предложение честь для меня. Я согласна.
Рафаэль взял мои пальчики в свои, и вдруг поцеловал не просто воздух около них, как часто делал раньше, а по-настоящему. Почувствовав на коже теплые губы, я вздрогнула от неожиданности, вспыхнула, растерянно уставилась на белокурую макушку, а он выпрямился и… потянул меня на себя.
Несмотря на его предложение, я не ожидала подобного, обернулась на свою компаньонку, заметила, что леди Чеслер… смотрит совершенно в другую сторону безразличным взглядом, в удивлении посмотрела на друга, а тот мягко улыбнулся:
— Некоторое время леди Чеслер простоит так, потом ее… хм… расколдую.
Сердце неприятно царапнуло. Вроде, Раф не сделал ничего плохого, но в то же время легко поработил волю другого человека.
Его высочество обнял мое лицо ладонями, а моей первой реакцией было остановить его, но я лишь замерла и… закрыла глаза.
Рафаэль согрел мою кожу теплым дыханием и поцеловал нежно-нежно, удивительно трепетно. Его губы были сухими, осторожными, а поцелуй длился недолго, чуть больше мгновения. Я не ответила на него, да и не успела бы, даже если бы решилась.
— Алерия, мне нужен честный ответ на один вопрос. Я не спрашиваю о любви, прошло пока мало времени. Но… я нравлюсь вам?
— Очень нравитесь, Рафаэль, — ответила искренне. Я ответила честно, но вложила в слова совсем не тот смысл, о котором подумал мужчина, и осознавала это.
Некоторое время Раф всматривался в мои глаза, а после тепло улыбнулся, уже смелее обнял меня и поцеловал… не так трепетно. А я ответила ему, хотя перед мысленным взором стояло совсем другое мужское лицо — как всегда невозмутимое, сдержанное и холодное. И совсем другие глаза.
