Я твердо знал, что здесь ни при чем, но легче от этого не становилось. Мне чуть-чуть не повезло. Однако именно этого и постарались добиться (и добились) Дунай и Бене!.. Франта Пласс понуро смотрел в землю. Догонял Дунай, но не догнал (весь стадион приписывал пропущенный мяч ему). За Бене же не бежал никто. Стопперы не поднимали головы. Их ошибка не бросалась в глаза, но для игры команды была еще серьезнее. Куда пропал задний защитник? Отвечал за Дунай он, а не Пласс. В задачу Франты входила лишь подстраховка или «сдваивание» партнера (если один из защитников подключается в атаку, его оборонительные функции должен взять на себя кто-то иной. Просто подменить товарища, как того требуют принципы взаимодействия в обороне). Но Пласс остался в одиночестве. И вышло так, что вся ответственность за пропущенный мяч легла на него.
Мы воздержались от комментариев. Ситуация была ясной, все просматривалось как на ладони. Наша сборная всегда располагала хорошими защитниками, которые просто так соперника к воротам не подпускали. И все же, допустив ошибку, игроки стали немного волноваться. Наша публика не всегда объективна к футболистам: дело клеится — поддерживает их, но если игра не получается, вместо возгласов поддержки мы слышим с трибун слова негодования.
Ошибка — не причина для бесконечных упреков. Болельщики могут помочь игроку исправить ошибочные действия и снова обрести уверенность, стать надежным. Но у нас такого не припомнить. За границей я часто (а в странах, где культивируется футбол высокого класса,— почти всегда) чувствовал иное отношение и к игре, и к игрокам. Так или иначе, стопперы уже держались в основном сзади и опекали венгерских нападающих, игравших без мяча: Дунай и Бене. Как прекрасен был на поле этот дуэт соперников! Оба проделали такую работу, какой хватило бы на пятерых. На 13-й минуте кто-то из наших отправил мяч назад, ко мне. Но, очевидно, боясь ошибиться, ударил по мячу слишком слабо. Догнал мяч Фазекаш, однако я был начеку и успел выйти навстречу. Мяч оказался в моих руках. Иначе говоря, на этот раз отделался я испугом.
Вскоре вновь ухитрился уйти из-под опеки проворный, как кошка, Бене. В глубине поля его еще можно задержать, а на ударной позиции — лишь в редких случаях. К счастью для меня, пробил он с передней линии штрафной (но ведь мог пойти и прямо на меня!). Затем пробил час Хагары. В конце концов он был вознагражден за то, что все время шел вперед и открывался. Оба наших защитника пытались сбить с толку защиту венгров и создать численное преимущество в момент, когда соперник такого не ждет. Удалось это только Хагаре: в какой-то момент он оказался в штрафной венгров неприкрытым. Крикнул Адамецу, чтобы тот отпасовал мяч в его сторону, и пробил изо всех сил. Хагара умел наносить пушечные удары с обеих ног, и если бы кто-то попытался принять такой удар на себя, имел бы, вероятно, бледный вид. Но Хагаре не помешал никто. Этот великолепный гол пробудил в памяти старые добрые времена, когда мячи забивали канонирским способом: бьющий просто пробивал вратаря насквозь, если мяч удачно «ложился» под удар и если бомбардир располагал «лишней» секундой для замаха. Вратаря за такой гол никто не упрекает, хотя в этом случае у него шансов парировать удар больше. Хуже обстоит дело с приемом мяча после добивания или когда мяч неожиданно меняет направление (задев, например, кого-то из игроков). Такой мяч опять-таки кажется примитивным и создает впечатление, что страж ворот легко решил бы свою задачу, если б не «проспал».
...Счет сравнялся, начали все сначала. Оттеснили венгров на их половину поля, и я какое-то время оставался почти без работы. Но 36-я минута почти повторила 9-ю: снова освободился от опеки Дунай. Он шел на меня слева. Снова его безуспешно пытался догнать Франта Пласс. И снова рядом со мной оказался совершенно свободный Бене, ибо задний стоппер застрял где-то впереди. Я сделал все, что мог. На этот раз Дунай не пасовал Бене, а пробил сам. В самый нужный момент, точно, безошибочно. Пласс был сам не свой, хотя нес ответственность за случившееся не один. Об этом голе можно сказать все то же, что было сказано о первом. Но болельщики уже избрали козла отпущения и не скрывали своих настроений.
Марко в перерыве сделал то, что и следовало ему предпринять: заменил Пласса Гривняком. Пласс был подавлен, сильно переживал и вряд ли настроился бы на безошибочную игру во втором тайме. Поговорил Марко и с остальными защитниками. Я при разговоре не присутствовал, но думаю, что все же кое-что напомнил игрокам обороны о взаимодействии. Мы не считали, что игра потеряна, и настраивались на вторую половину.
