– Господи, кто бы мог знать?! И как это у нас так получилось с Вами пересечься? Я, в общем-то, живу неподалеку от места, где мы встретились с вами, – садясь в кресло возле моего стола, спросил Реутов. Я удивленно приоткрыла рот: ого, так вот как он там оказался! Краем глаза я заметила, как коллеги округлившимися глазами наблюдают за нашим разговором. – С машиной всё прекрасно. Я думаю, что она по Вам несколько скучает.
Я улыбнулась.
– Я живу на Варги… Как раз в том доме, возле которого Вы имели неосторожность припарковаться.
Реутов посмеялся.
– Надо же, так можно сказать, что мы с Вами соседи. Я обитаю на Виноградова, в «Тёплом крае».
– Ого, – протянула я, вспоминая шикарный ЖК, но тут же одернула себя. – Простите. Там потрясающие дома.
Роман посмеялся.
– Да, он всех впечатляет.
Я не смогла не улыбнуться. Вскинула взгляд на улыбающегося мне в ответ Реутова, ощущая, как трепетно замирает моё сердце.
– Как там Матвей Павлович? Уверен, что с таким заботливым женихом Вам никто не страшен.
Теряясь от такой невозможно милой поддержки, я улыбнулась. И понимая, что едва не плыву от внимания Романа, вдруг осознала, что что-то здесь не так.
Я нахмурилась, глядя на Реутова.
– Матвей? Мой жених? – Я посмеялась. – Нет-нет, что Вы. Мэт – мой родной брат.
А вот теперь была очередь Реутова удивляться. Он уставился на меня, и тут же как-то совсем потерялся, пусть и на несколько мгновений.
– Ваш брат? – спросил Роман. Он усмехнулся, покачав головой. – Хм, так значит… я всё неправильно понял.
Меня вдруг осенило.
– Вы поэтому сбежали?
Реутов улыбнулся.
– Честно говоря, да. Не собирался вмешиваться в идиллию чьих-то отношений.
Теперь уже посмеялась я.
– Понятно…
– Но теперь-то я знаю, что ситуация совсем другая! – воскликнул Роман Владимирович, улыбаясь. – Умоляю, Арина Павловна, не отказывайтесь выпить со мной чашку кофе! Моя машина этого не переживёт!
– Ни в коем случае, – ответила я, прячась за монитором, от любопытствующих коллег.
Мы хоть и разговаривали так, чтобы нас было не слышно, но всё же я очень чутко ощущала зашкаливающий градус внимания к нам с Реутовым.
– Может, пообедаем вместе? – Предложил Роман. – Тут есть прекрасное место, по которому я, признаться, очень скучал.
– С удовольствием, – откликнулась я, ощущая волнение, смешанное с какой-то покалывающей эйфорией.
И что со мной происходит?
Договорившись о встрече, Реутов, пожелав всем прекрасного дня, покинул наш мини опен-спейс. Когда он выходил, я обратила внимание на то, с каким интересом за нашим разговором наблюдает одна из моих коллег. Петровская Инна, всегда ухоженная и при деловом стиле, была довольно высокой, при этом стройной. Макияж всегда носила яркий, но не вычурный – знала в этом толк, уж точно. Инна носила короткую стрижку-ёжик, и волосы её были почти белыми. Лицо у неё всегда было несколько мрачным, светлые глаза въедливо считывали не только документы, но и лица людей, а ярко-красные губы частенько были чуть поджаты.
Взгляд мне её сейчас не нравился, и что он означает, я не имела никакого понятия. Вряд ли ей было дело до Реутова, так как она была замужем, и у неё было двое детей. Впрочем, кто знает?
А вот Вовка, тихонько присвистнув, не упустил момента, чтобы расспросить меня про наше знакомство с Реутовым. Я отделалась легкой юмористической историей и остро дала понять, что ничего такого между нами нет. Я прямо-таки и слышала в воздухе мерцающие вопросы по поводу наших с Реутовым несуществующих отношений. Ладно, слышала – по взглядам и шепотку сразу всё стало понятно. Так что, я посчитала, что будет лучше, если я сразу поставлю точку в этом вопросе.
***
Кафе было невозможно уютным! И как это я раньше не приметила его? Светлые стены, теплые тона, плетеная мебель на летней веранде в узком переулке и кадки с лимонными деревьями. Большие окна, чистые до зеркальных отражений, зонтики над головами из светлой ткани, круглые столики и умопомрачительный запах кофе и корицы.
– Романова? Правда? – спросил Реутов, удивленно вскидывая брови.
Я смущенно отвела взгляд, не сдерживая улыбки.
– Да.
– Уверен, что-то это да значит для нас с тобой, – улыбнулся Рома, и я тут же ощутила, как скулы начинают гореть. Господи, он меня с ума сведет. Я подняла на него взгляд и обомлела. Как же он был красив… И деловой костюм, великолепные часы, даже вся атмосфера вокруг только лишь подчеркивала эту его невозможную красоту. А ещё он был бесконечно милы и обходительным.
Вот чёрт… Как назло!
