(Мой)Призрак полностью

Мой взгляд невольно скользнул по его спине, на которой четко вырисовывались царапины – глубокие красные линии, оставшиеся после того, как я вцепилась в него ногтями в момент страха. Я ощутила, как по спине пробежал холодок, и мне стало неудобно от мысли, что его состояние могло быть следствием моих действий.

Нет, это я должна злиться! Я в ярости! – у меня аж руки зачесались ударить его или продолжить царапать спину, но я сдержалась. – Я тот, кто без малейшего колебания перережет тебе глотку, – вспомнила я слова Итана, и по коже пробежали мурашки. – Да он просто псих какой-то.

Он поставил меня на пол рядом с душевой, и в этот момент наши взгляды встретились. Я встретила его темные глаза, наполненные злостью, и сердце будто остановилось. Их глубина пронзала меня, оставляя ощущение беззащитности. Каждая черта его лица была суровой, отражая бурю, что бушевала в глубине его души.

– Что ты творишь, принцесса? – произнес Итан, его голос был низким.

Дыхание Итана стало тяжелым, а мускулы напряжены, словно он был готов разорвать меня, как хищный зверь. Я затаила дыхание, понимая, что момент, которого я так боялась, настал.

Итан медленно шагнул ко мне, его ноги словно скользили по полу, без единого звука.

– Яя… – слова застряли в горле, я не знала, что ответить.

Я отступила на шаг, затем на второй, но это не помогло мне убежать от его взгляда. В глазах Итана читалась буря эмоций: ярость, разочарование, но в то же время и нечто другое – возможно, страх.

– Я предупреждал тебя, что может случиться, если ты попытаешься сбежать, – его голос был полным угрозы. Таким же, как его взгляд, который сверлил меня насквозь.

Я почувствовала, как страх охватывает мое сердце, заставляя меня отступать назад. Каждый его шаг был исполнен силы и уверенности, и я, не в силах отвести взгляд от его темных глаз, ощутила, как ступни моих ног коснулись холодной плитки душевой.

– Не подходи ко мне, – с трудом вымолвила я.

Оказавшись внутри, я продолжала отступать, пока не наткнулась на стену, ощущая, как моя кожа прикасается к холодным плитам. Ощущение безысходности переполняло меня. Никак не зная, как реагировать, замерла на месте, глядя на его приближающуюся фигуру.

Итан также вошел в душевую, его фигура заполнила пространство. Я заметила, как мускулы на его теле напряглись сильнее. Каждый его шаг вызывал у меня трепет; ярость, которую он сдерживал в себе, казалось, могла обрушиться на меня в любой момент.

Я прижалась сильнее к стене, стараясь уйти от его взгляда, словно он мог унести меня с собой в глубокую пропасть своей тьмы. Наконец, собравшись с силами, я произнесла:

– Я просто…

– Просто что? – перебил он, приблизившись ко мне. Его голос звучал низко и угрожающе.

Итан уперся руками в стену по обе стороны от моего лица, словно созидая вокруг меня невидимую тюрьму. Между нами оставалось всего несколько сантиметров, когда он склонился ко мне. Я почувствовала его дыхание, горячий воздух, который касался моего лица.

Я ощутила, как холодный пот пробегает по спине. Его глаза, темные и жесткие, искали во мне слабость, а я искала убежище среди мыслей, бегающих в хаосе. Мой взгляд скользил от его губ к татуировке на его груди, затем обратно, не зная, куда лучше увильнуть.

– Я просто… хочу жить, – произнесла я, еле сдерживая дрожь в голосе. – Я не хочу умирать, – слезы выступили из глаз, но я быстро смахнула их рукой.

Я опустила голову, стараясь спрятать смятение, которое охватывало меня. Он был слишком близко, и от этого страха становилось только больше. Каждый его вздох, заставлял дрожать каждую клеточку моего тела.

– Мне страшно, – слова прорвались сквозь ком в горле, словно они сами пытались вырваться на свободу. Я не осмеливалась посмотреть ему в глаза, боясь, что там найду только холод и безразличие. Вместо этого я продолжала пристально вглядываться в пол.

Ужас, который охватывал меня, рос с каждым мгновением, заполняя каждую часть моего существа. Воспоминания о папе, а также о Николасе, о его предательстве, взорвали мой внутренний мир, накрывая волной гнева и безысходности. Я ни разу не могла представить, что он станет частью моей трагедии, и это предательство рвало мою душу с такой силой, что я больше не могла сдерживать поток эмоций.

Те, на кого я полагалась больше всего, подвели меня…

Слезы, которые я старалась сдерживать, начали скатываться по щекам, не было больше сил их остановить. Руки дрожали, когда я продолжила говорить. А голос обрывался на каждом слове:

– Я.. Я не знаю, что делать, – всхлипывала я, глотая слезы, которые затопили мое лицо.

Каждая капля, что стекала с моего подбородка, напоминала о моей уязвимости, о том, как я оказалась здесь и как папа, Николас предали все, что я считала важным.

Я закрыла лицо руками, не желая показывать свою уязвимость, но все, что было внутри, вырывалось наружу.