— Они учуяли мою слабость, — негромко заметил Гейбл, отодвигая пустую тарелку и отхлебывая вина.
— Что ты имеешь в виду? Я не заметил никакой твоей слабости.
— А ты посмотри внимательнее, кузен. Неодобрение короля, пусть и малое, все еще висит надо мной. И лишь одна его незначительность удерживает этот самодовольный сброд от того, чтобы, пренебрегая моей командой, тут же ринуться вперед. Однако и Фрейзер, и Макфиб надеются со временем еще больше уронить меня в глазах короля, и, как только найдут способ это сделать, их уже ничто не остановит.
— Значит, ты полагаешь, что нам следует опасаться не только Макнейрнов, но и — может быть, даже в большей степени — интриг со стороны Фрейзера и его нового сподвижника Макфиба?
— Я уверен в этом. Каждый раз, когда смотрю на Фрейзера, я замечаю, что этот человек не сводит с меня пристального взгляда. Он — мой враг, такой же, как Макнейрн. Да, я должен соблюдать осторожность, иначе он может попытаться в ходе битвы разделаться со мной.
— Ты хочешь сказать, что он может попытаться тебя убить?
— Именно так этот человек поступает с теми, кто встает у него на пути или причиняет ему зло. А избежать наказания Фрейзеру помогает то, что свои зловещие игры он ведет с большей, чем Макнейрн, тонкостью. Кроме того, он еще ни разу не поднял руку на того, кого уважает король. Да, Фрейзер опасен — он может убить меня или покрыть позором мое имя. Однако гораздо сильнее меня беспокоит другое…
Джастис в изумлении уставился на Гейбла:
— Интересно, что?
— Фрейзер знает, что Эйнсли была моей любовницей. Я подозреваю, что он также догадывается, что именно из-за нее я просил короля милостиво отнестись ко всем Макнейрнам — кроме Дуггана, конечно, — кто не окажет сопротивления в битве. Боюсь, что он попытается первым добраться до Эйнсли и убить ее, хотя бы для того, чтобы насолить мне.
— Предстоящее сражение начинает все больше беспокоить меня, — признался Майкл. — Мало приятного сознавать, что едешь биться с одним врагом, а на битву тебя сопровождают другие. Обычно человек спокоен только тогда, когда знает — у него за спиной надежные союзники. А наши союзники, сдается, не менее опасны, чем противник!
Гейбл криво усмехнулся и пожал плечами. Ситуация складывалась и впрямь неприятная, но изменить что-либо он был не в силах.
— Значит, мы будет сражаться в одиночку. Достичь этого будет несложно, ибо отряды разобщены. Пусть все так и останется. На открытую вражду Фрейзеры и Макфибы не пойдут, а если мы будем держаться на расстоянии от таких ненадежных союзников, это сослужит нам хорошую службу.
— Ты хочешь от нас слишком многого, — заметил Джастис.
— И это говоришь мне ты, умелый и храбрый воин? Стыдись!
Услышав этот упрек, смешанный с комплиментом, Джастис рассмеялся:
— Когда ты начинаешь рассыпаться в похвалах, я всегда знаю, что нас ждут неприятности!
В ответ Гейбл тоже рассмеялся, но веселость его была недолгой. Он всей душой желал, чтобы битва быстрее окончилась, а Фрейзеры и Макфибы уползли в свои норы. А больше всего рыцарю хотелось, чтобы в его постели вновь очутилась Эйнсли, живая и невредимая. Надежда эта была почти несбыточной, и Гейблу оставалось только молиться, чтобы Господь Бог милостиво отнесся к его желаниям.
— Вон там лежит Кенгарвей, — негромко произнес Джастис, подъезжая к Гейблу.
— Да, именно там, — отозвался тот рассеянно.
Его взор был устремлен на замок, недавно восстановленный после пожара, а в голове билась одна мысль — каковы будут его дальнейшие шаги?
Джастис обернулся и посмотрел на отряд людей Бельфлера, которые ждали сигнала к началу битвы. Они собрались в густом лесу, прячась под деревьями. Стоит им придвинуться хотя бы на несколько ярдов, и они окажутся на обширном открытом пространстве, окружающем Кенгарвей, и тогда стражники, выстроившиеся на высоких стенах замка, непременно заметят неприятеля — если, конечно, они не слепы и не спят. Джастис был уверен, что их отряд не будет проявлять нетерпение, понимая, что Гейблу нужно в последний раз взвесить все сильные и слабые стороны Кенгарвея, а вот Фрейзеры и Макфибы вряд ли будут ждать долго.
— Кузен, наши союзники начинают беспокоиться, — заметил он, приближаясь к Гейблу и пытаясь вывести его из задумчивости.
Гейбл тоже обернулся и увидел, что Фрейзеры и Макфибы рвутся в бой. Каждый старался хоть на шаг опередить другого.
— И тот, и другой так стремятся быть первыми, что скоро окажутся вне прикрытия деревьев.
— Я понимаю твои колебания, Гейбл, но если ты хочешь спасти хоть кого-нибудь из Макнейрнов, не стоит слишком медлить.
— Ты прав. Иначе Фрейзеры и Макфибы затопчут нас своими конями — уж больно им не терпится ввязаться в драку.
— Они стремятся к этому с тех самых пор, как король разрешил им присоединиться к нам. О чем ты думаешь? Строишь новые планы или ждешь некоего чуда, которое позволит тебе проникнуть за толстые стены Кенгарвея и разыскать Эйнсли до того, как начнется сражение?
Гейбл улыбнулся:
