Лезвие полностью вышло из ножен. Лине открыла рот, чтобы закричать. Этого просто не могло быть, подумала она. Но Эль Галло уже обнажил клинок.
— Нет! — громко выкрикнула она.
Опершись на руки, чтобы выбраться из ящика, Лине нащупала что-то холодное и твердое.
Эль Галло занес кинжал над головой и уже направил его для удара, целясь в грудь цыгана.
Со скоростью улитки, как показалось самой Лине, она выбралась из ящика и заковыляла к Эль Галло. Сердце сбилось с ритма, когда она сократила дистанцию между ними и изо всей силы выбросила вперед руку.
Ножницы глубоко вошли в мягкое подбрюшье капитана пиратов. Он дернулся и подался вперед, еще глубже насаживая себя на сталь. Кинжал выпал из обессилевших пальцев и заскользил по палубе. Рот пирата то открывался, то закрывался, как у рыбы. Он сделал несколько неверных шагов назад. Сначала в его глазах вспыхнуло недоумение, а потом они стали пустыми и остекленели. Он упал на колени, покачнулся и рухнул на палубу в лужу крови.
Лине вздрогнула. Кровь была везде. Она хлынула из огромной раны в брюхе Эль Галло. Она забрызгала деревянные доски настила. Она промочила ее зеленую накидку. Руки Лине блестели от ярко-красной жидкости, и она ощущала ее медный, чесночный запах на своих пальцах.
Но она не упала в обморок.
Она сделала это, подумала она, глядя на содеянное. Она зарезала негодяя. И еще она спасла цыгана. Она сделала это.
Дункан был слишком поражен, чтобы заговорить или пошевелиться.
Первым пришел в себя Гарольд. У него из носа все еще текла кровь, но он умудрился выхватить меч у стоявшего с открытым ртом пирата и, ловко ударив рукояткой, отправить того в небытие.
На палубе воцарился ад. Двое пиратов бросились на капитана Кемпбелла. Он швырнул в одного тяжелой бухтой[10] каната, сбив его с ног, и повернулся к другому. Гарольд слабым голосом предлагал сразиться с ним всем желающим. Молоденький парнишка принялся лупить по голени каждого пирата, который оказывался в пределах досягаемости, и даже щепетильные служанки били по головам противников тяжелыми пивными кружками и кошелями.
Дункан должен был прийти им на помощь. Он загремел цепями своих кандалов.
На борту «Черной короны» кто-то из экипажа Эль Галло уже заподозрил, что на торговом корабле творится что-то неладное.
— Абордажные крючья! — крикнул Дункан капитану.
— Правильно! — И Кемпбелл отдал команду своим людям.
— Гарольд! — закричал Дункан, звеня кандалами.
Гарольд пробился к Дункану, поднял над головой трофейный меч и разрубил кандалы, добавив очередную зазубрину на лезвии.
— Вы должны мне новое оружие, милорд, — шутливо пожаловался Гарольд и подмигнул.
— Я должен тебе новый нос, — ответил Дункан и хлопнул старика по плечу. — А теперь пообещай мне, старина, что ради своей хозяйки ты будешь держаться в стороне. Доверься мне. Я сам справлюсь.
Он глубоко вздохнул, надеясь, что так будет правильно.
Не теряя ни секунды, Дункан оттолкнул Гарольда, и летящий в него кинжал угодил в живот вооруженному сразу двумя мечами пирату. Когда тот тяжело повалился на палубу, Дункан подобрал его мечи — теперь он был готов к драке.
К этому моменту абордажные крючья удалось отцепить. Суда начали медленно расходиться. И только несколько испанцев отчаянно рискнули перепрыгнуть расширявшуюся между кораблями брешь, оказавшись на палубе торгового судна.
Лине не могла пошевелиться. Она ничего не чувствовала. Обессиленная, она опустилась на бухту каната, а ее руки мертвой хваткой вцепились в поручни. Вокруг нее кипело сражение.
Дункан оказался в центре палубы, чем привлек к себе внимание пиратов. Двое испанцев одновременно бросились к нему с разных сторон. Он с легкостью встретил их, орудуя обоими мечами. Третий разбойник попытался напасть на него со спины, пока он отбивал атаку его сотоварищей, но Дункан резко развернулся, и его меч описал широкий полукруг вокруг себя. Пираты отступили, разделились и снова напали с разных сторон, подобно стае волков.
Лине прижала дрожащие руки к груди. Английский капитан и его команда были заняты спасением своего судна от «Черной короны». Двое раненых пассажиров лежали на палубе. Кроме них осталась лишь кучка мальчишек и служанок, которым и пришлось противостоять банде вооруженных негодяев. Цыган наверняка уже был мертв, если только старый Гарольд не защитил его от пиратов. Лине отчаянно искала глазами своего слугу.
К ее огорчению и недоумению, тот стоял, прислонившись к поручням корабля, спокойно положив руки на эфес трофейного меча, наблюдая за ходом сражения с чувством, близким к изумлению.
Лине пришла в ужас. Как мог Гарольд допустить, чтобы ее возлюбленный погиб? Она с возрастающим беспокойством стала наблюдать за битвой, глядя, как сталкивающиеся клинки высекают искры.
Цыган сражался с обступившими его пиратами. Вот он сделал правой рукой выпад в сторону одного из них, а затем левой рукой полоснул мечом другого. Он дразнил их словами и выпадами мечом, пока они не набросились на него в слепой ярости.
