Мама смахнула слезы, потрепала нас по макушкам и, пожелав сладких снов, закрылась в ванной.
Едва мы с Алексом снова уснули, как раздался пронзительный крик. Он принадлежал отцу, и в нем было столько боли и отчаянья, что я мигом соскочил с постели и бросился в коридор.
У двери в ванную топтались слуги.
Ларс попытался задержать меня, но я юркнул под его руку и ворвался внутрь. Там, перегнувшись через бортики ванны сидел отец. Он держал на своих руках неподвижное тело мамы и плакал… Кричал, звал, целовал ее бледное лицо.
Случилось самое страшное…
Чуть позже Ларс сообщил нам, что мама поскользнулась, ударилась головой о бортик ванны и утонула.
И я долго не понимал. Искренне недоумевал, как она – ледяной дракон, обладающий такой сильной магией, могла умереть? Где была в тот момент ее магия?
После этого дня отец стал сам не свой. Он больше не контролировал свою вспыльчивость, не выбирал выражений, часто уезжал из дома, словно не хотел видеть меня и Алекса. Потом и вовсе отчего-то перевез нас в загородный дом и не позволял нам возвращаться в столицу. Порой мне казалось, что он прячет нас специально. А вот Алекс предполагал, что отец просто свихнулся от тоски по маме.
Мы долго надеялись, что однажды отец все же расскажет нам, что на самом деле случилось в тот вечер. Но он так и не успел этого сделать. Письмо с известием о его смерти пришла в загородное имение как раз в мой восемнадцатый день рождения.
Я ворвался в спальню Лори и подскочил к смежной двери, за которой находилась ванная.
– Я зову, а она не откликается! – взволнованно воскликнула тетушка Маргарет.
Я отодвинул старушку в сторону и со всей силы ударил ногой в дверь.
Та в считанные секунды распахнулась, и я пулей влетел в ванную…
Оказавшись рядом с ванной, я упал на колени. От увиденного у меня застыла кровь в жилах.
Лори лежала под водой.
Обнаженная с закрытыми глазами. Густые светлые волосы рассыпались по дну, как паутина…
– Лори!
Только я склонился над ванной и протянул руки, чтобы поднять из воды ее неподвижное тело, как…
Лори вдруг распахнула глаза. В них отразились удивление и ужас. Она так резко вынырнула, что угодила головой в мой подбородок.
– Какого тхала?! – закричала она испуганно, пытаясь прикрыться руками. – Ты спятил?!
Челюсть обожгло острой болью, а во рту появился металлический привкус. Я приложил руку к подбородку и поморщился.
Нет, всё-таки если ты полноценный дракон, то ты не ощущаешь такой адской боли.
Но радовало то, что Лори жива и невредима. А ещё преступно сексуальна.
Я скользнул изучающим взглядом по обнаженному женскому телу и нервно сглотнул.
– Я спрашиваю, что ты здесь делаешь?! – рявкнула она и окатила меня водой.
Я мотнул головой, уворачиваясь. Посмотрел на дверь, где застыли тетушка Маргарет и Ларс, и процедил сквозь зубы:
– Оставьте нас.
Не знаю, что во мне в тот момент взыграло больше: страх за жизнь Лори или злость на ее реакцию, но как только дверь захлопнулась, я взорвался.
– Вот именно, Лори, какого тхала ты не отвечала?! – взревел я.
Ее тонкие аккуратные брови приподнялись, и она стрельнула в меня взглядом «а не много ли ты себе позволяешь?».
– Вышел вон отсюда, – процедила она злобно и бросила быстрый взгляд в сторону полотенца, висящего на спинке стула.
Только она потянулась за ним – я перехватил ее белое махровое «спасение» и закинул на свое плечо.
– Как только ты ответишь на мой вопрос, ты получишь свое полотенце, Лори.
Я отошёл от ванны на полметра, наслаждаясь потрясающим видом разгневанной супруги.
– Драконья ты задница, – Лори поджала колени к груди и посмотрела на меня исподлобья. – Отвернись хотя бы. Имей уважение.
Я шумно вздохнул и, мысленно проклиная пресловутое «уважение», все же отвернулся.
– Напоминаю тебе, Рейн, брак у нас фиктивный, – продолжала свои нравоучения моя супруга. – И ты не имеешь никакого права вваливаться в ванную, когда она занята мной! Ты помешал мне поставить новый рекорд!
– Что поставить? Какой, мать его, рекорд?! Пока ты тут развлекалась, мы чуть с ума не сошли!
Я сжал зубы от желания развернуться, вытащить Лори из ванны и как следует отшлепать ее красивый зад. Чтобы в следующий раз думала головой.
Раздался всплеск воды, и я мысленно пожелал себе терпения.
– Такой рекорд! Личный! – прямо за моей спиной послышался недовольный голос Лори, и она попыталась стащить с моего плеча полотенце.
Но не тут-то было.
Я вцепился за край и резко развернулся, притягивая Лори к себе. Она врезалась в меня своей обнаженной грудью и замерла. Белое полотенце оказалось между нашими прижатыми друг к другу телами.
Мой насмешливый взгляд столкнулся с ее растерянным и испуганным.
Секунд десять мы провели в полном молчании. Я смотрел на нее и улыбался, а она краснела все больше, осознав, что оказалась в ловушке.
Ведь стоит ей отступить хоть на шаг – и я увижу ее во всей красе. Сейчас ее щитом являлось мое тело.
– Пожалуйста, Рейн, – взмолилась она. – Закрой глаза и отдай мне полотенце.
– А что взамен? – я скользил взглядом по ее лицу, вдыхал запах разгоряченной кожи и аромат розового мыла.
– А что ты хочешь?
– Не что, а кого…