– Да ты истинная жена, – заявил Рейн, и осознав, как смешно и нелепо выглядят наши разговоры со стороны, я все же усмехнулась.
– А ты не дразни меня.
– И какая же мне в этом прелесть?
– Я нервничаю.
– Я могу поделиться с тобой ромашкой, – этот наглец подмигнул мне и, помахав на прощание, двинулся к выходу. – Кстати, Лори, завтра утром мы можем сходить к твоему зельевару, – добавил Рейн и захлопнул за собой дверь.
Я с силой вцепилась в перила лестницы и изо всех сил закричала:
– Его имя Эдгар!
Как только я появился в кабинете Томаса с папкой в руках и увидел его сосредоточенное лицо, моя решимость поколебалась. Ведь попросить его о помощи означало сознаться в своей болезни и раскрыть свой позорный секрет. Но у меня не было иного выхода. Мне жизненно необходимы были его связи, его ищейки и его архивы.
В своем синем мундире полицейского, с собранными в хвост седыми волосами и аккуратно подстриженными усами, Томас выглядел очень деловым.
– Рейн? – на изрезанном морщинами лице дяди появилась дружелюбная улыбка. – Какими судьбами? Принес улики против самого себя? – добавил он, кивнув на черную папку в моих руках. – Пришел сдаваться?
Я усмехнулся и, закрыв дверь, молча подошел к его письменному столу и плюхнулся в кресло.
Томас был лучшим стихийным магом из всех, кого я знал. А еще он был старшим братом моей матери. Правда, у них с мамой были разные отцы. Об этом, разумеется, знали только члены семьи.
Для всего общества это оставалось тайной, хотя слухи ходили до сих пор. А все из-за повышенной любвеобильности моей бабки, которую ее родители выдали замуж за старика. Она, как и полагается, сперва родила ему наследника, а потом пустилась во все тяжкие. Поговаривали, что у нее были толпы молодых любовников. А когда ее супруг уже находился одной ногой в могиле, она еще и умудрилась забеременеть мамой. Разумеется, уже не от мужа.
Несмотря на слухи, в то время гулявшие по столице, в конце концов все стали называть это настоящим «чудом». Особенно после того, как мой бедный дед, узнав о второй беременности жены, к которой он не имел абсолютно никакого отношения, скоропостижно скончался.
Общество, любящее романтизировать даже самые мерзкие поступки, утверждало, что старик отдал последние силы и жизнь, чтобы подарить миру нового человека и оставить после себя память. Даже то, что мама родилась ледяным драконом, а не как бабка – огненным, и не как дед – стихийным магом, никого не смутило. Все начали кричать о «спящих генах» и прочем. А все потому, что наша семья была очень богата.
Как ни крути, а деньги решают в этом мире все. Они и монстра могут превратить в настоящего добряка в глазах людей.
– Я слушаю, Рейн. Зачем пожаловал? – протянул дядя, откинувшись на спинку стула. – Что-то ты зачастил к нам.
С Томасом нас скорее связывали теплые дружеские отношения, чем холодно-родственные. Он часто потешался надо мной, твердя, что характером я пошел в нашу легендарную бабку, которая в свое время поставила на уши всю столицу.
– Мне нужна твоя помощь, – я положил перед ним папку. – Я не хотел тебя в это впутывать, но Алекс упорхнул из города, а мне нужны некоторые сведения.
Томас молча подтянул к себе папку. Стоило ему увидеть лежащие в ней детские портреты, как он быстро захлопнул ее и недовольно уставился на меня.
– Ты спятил, Рейн?! Какого черта ты собираешь информацию об этих детях? – в его голубых глазах вспыхнул гнев.
– Я хочу их найти…
– Отставить! – рявкнул Томас, даже не позволив мне договорить. – Я понимаю, что титул развращает, мать мою магию, но не до такой же степени. Мерзкий ты дракон! Совсем что ли с катушек слетел? Так я тебя на пару годков за решетку упрячу, чтобы мозги на место встали.
Я шумно вздохнул и рассмеялся. В этот момент я вспомнил, почему предпочитал иметь дело с хладнокровным Алексом, а не со вспыльчивым Томасом, у которого «травм», связанных с трудной работой, больше, чем волос на моей голове.
– Как же нехорошо ты обо мне думаешь, дядя…
– А что мне думать? Ты в последнее время совсем с головой не дружишь. Кто выцарапал ругательные слова на мосту у центральной площади?
– Не знаю.
– Да что ты говоришь! – фыркнул саркастически Томас. – Вот только вчера там видели дракона, очень похожего на твоего! А одна из женщин утверждает, что перед тем, как покинуть место преступления, дракон на несколько секунд обратился в голого темноволосого мужчину! Не ты ли это был?
– Нет, – я уставился в гладкую столешницу, чувствуя, как медленно краснею. Об этом вчерашнем набеге на мост я предпочитал не вспоминать.
– Тогда, какого черта, там красуется надпись «Лорейн – шлюха»?! – взревел Томас. – Выцарапанная драконьим когтем! Это же имя твоей невесты, будь ты неладен, Рейн!
Я подавил улыбку, мысленно понадеявшись, что Лори никогда об этом не узнает. Обычно маги быстро приводят улицы в порядок. Неужели до сих пор не убрали эту постыдную надпись?
– Послушай, – начал я…