С принятыми решениями стало спокойней. Жизнь, по ощущениям, замедлилась и выцвела. Нужно будет ещё извиниться перед Русланом, съехать с квартиры… и вернуться в ту стихию, которая прежде помогала справиться с безвкусной жизнью и наполнить ее хоть каким-то смыслом.
— Эльдар, доброе утро, — догнала меня Катерина в пустом коридоре.
— Я вам кофе принес, — протянул ей стаканчик.
— О! Спасибо большое! — улыбнулась она, открывая передо мной двери. — Проходите.
Я прошел в светлый кабинет и уселся на более-менее удобный стул рядом со столом, игнорируя кушетку.
— Катерина, мне просто нужно лекарство… — серьёзно взглянул на девушку, севшую за стол.
— Эльдар, такие лекарства просто так не даются. Почему вы решили сдаться? Карина не сдается.
— Я ей не нужен. Она бы пришла.
— Вы ведь не понаслышке знаете о том, как тяжело иногда люди переживают изменения, связанные с появлением оборотня в их жизни.
— Катя, я не смогу.
— Чего? — сузила она глаза.
— Принять все, в чем вы меня собираетесь убеждать. Да, я знаю из первый рук, чем заканчивается иногда жизнь таких женщин. То, что Карина не пришла, говорит о том, что она в зоне риске. И что перегружать ее психику не стоит. А я не смогу не перегрузить. Чем дольше ее нет рядом, тем сложнее мне контролировать себя. Вы же не будете это отрицать?
— Не буду, — серьёзно кивнула она.
— Ну так прописывайте тогда лекарства, да я пойду.
— Не могу.
Я медленно вздохнул, хмуро глядя на глупую рыжую докторку, которая взялась кипятить мне мозги после бессонной ночи.
— Не стоит меня заводить, — угрожающе процедил я.
— Кто-то должен, — бесстрашно пожала она плечами и откинулась на спинку стула. — Эльдар, позвольте мне несколько предложений?
— Быстрее, — прорычал.
— Вам, как и людям, свойственно прогнозировать худшее будущее из возможных. Вам даже больше, потому что инстинкт самосохранения у вас развит сильнее. Но контролировать этот процесс вы должны, иначе боль станет такой нестерпимой, что и таблетки не помогут. Вы принимаете сейчас вашу фантазию о развитии событий за стопроцентную реальность.
— То есть я не опасен для Карины в таком виде? — нагло оскалился я.
— Вы трусите, Эльдар. Ваше «я» не хочет пережить ту боль, с которой столкнулось однажды. И оно убеждает вас, что только побег от жизни гарантирует вам, что боль не вернется. Но это не так. Вы справлялись с гораздо большей болью во взрослом возрасте. Вы сможете преодолеть гораздо больше, чем думаете. А представьте, если не понадобится. Я не могу распространяться о ходе консультаций Карины, но не могу не сказать, что она как раз справляется. Да, время работает против вас, но на нее. А это не такая большая угроза в сравнении с той, которую вы создадите вам обоим, если уйдете.
Мы замолчали, глядя друг на друга. Я сжимал зубы, играя желваками, и не понимал, чего мне хочется больше — встать и уйти или все же дослушать эту очкастую русалку до конца. Нет, Катя не была русалкой, но напоминала мне ту рыжую из мультика.
— Пропишите таблетки.
— Завтра, — постановила она, откидываясь на спинку стула.
Глаза ее при этом метали молнии. Нет, на дружелюбную рыбу она точно не похожа. Зубастая слишком.
— Завтра? — усмехнулся.
— Обещаю, — хмуро ответила она.
— Ну, за сутки я как раз соберусь, — мстительно съязвил. Но, видя, как напряженно хмурится Катя, спросил: — Как у вас с Тахиром?
— Вернетесь в семью, — расскажу, — сложила она руки на груди, явно злясь.
На мою тупость, не иначе. Может, она права.
— Вот как? — оскалился холодно. — То есть вы уже в семье?
— Я не стремлюсь, — отвела она взгляд в монитор. — Да и сердце вашего отца надежно занято другой женщиной.
— Ее нет. Давно. А вы есть. И вы тоже трусите.
— Вы просто не интересуетесь им и ничего о нем не знаете, — вдруг тихо заметила она. — Женщина, к которой он привязан, жива...
Она вернула на меня совсем другой взгляд — неуверенный и уязвимый. Чёрт, ну неужели ты никого не нашла, чтобы не рвать себе сердце? Хотя… отец умел западать в душу женщинам. Та же мать Карины… По мне — одна из многих, но он нашел в ней что-то особенное. И я искренне считал, что Полине с ним повезло. Он умел быть особенным, уступчивым, обаятельным, «пушистым» для нее… Не то что я.
Я поднялся и направился к двери.
— Тахиру нужна семья, — долетело мне в спину, когда я уже взялся за ручку. — Ты, Карина и ее дочь.
Пальцы сильнее сжались на ручке, но я не обернулся. Толкнул двери и вышел.
***
— Если я не вернусь, то позвони Тахиру, ладно?
— Ты не вернешься, — ехидно усмехнулся Руслан. — Но я тобой горжусь.
— Ну спасибо! — закатила я глаза.
Мы стояли посреди моей кухни. Ксеня поздоровалась с Русланом, снисходительно отметила коробку пиццы и направилась чистить зубы.
— Он не спал сегодня.
— Откуда ты знаешь? — удивилась я.
— Маячок засунул на его мотоцикл, — смутился он. — Не говори ему, пожалуйста.
— Ну если только не придется этим спасти свою жизнь… Так а… где он был?
Руслан напряженно глянул на меня, хмурясь.
— Катался по городу всю ночь, — ответил, наконец. — Потом был в больнице, где лежал.
— Может, плохо ему? — встревожилась я.
— Ему плохо. Поэтому езжай быстрее. Машина у подъезда.
