— Я не должна оправдываться! — вспылила. — Ты сам знаешь, как это тяжело пережить! Чего ты от меня требуешь?
— Я где-то давал тебе понять, что со мной тебе будет плохо? — поднял он темный взгляд. — Обещал, что все будет так плохо, что загремишь следом за моей матерью пожизненно?!
— Эль…
— Мою мать довел отец! Ему было плевать на её чувства! Я — не он!
— Ты — оборотень, Эльдар! — вскричала я. — Мне не за что оправдываться! Я же здесь!
Он рывком дернул меня на ноги и, подхватив под руку, потащил в единственную спальню.
— Стать моей будет больно, Карина, — нахмурился он, толкая меня на кровать.
— В смысле?
— В прямом, — рванул он с меня штаны и склонился к лицу.
Одной рукой потянул молнию кофты вниз, а сам склонился к шее, и я задышала чаще. Хотелось зажмуриться, отдаться… и чтобы все быстрее кончилось. А Эльдар вдруг прихватил болезненно кожу на шее зубами, и я задержала дыхание. Но не укусил. Выпустил и прижался к горящей коже губами.
— Чёрт, — выругался, отстраняясь. — Лежи. Я за резинками.
Я нервно вздохнула. Ну, я жива… А страшный оборотень не набросился и не порвал в клочья. Он даже в такой ситуации озаботился моей безопасностью…
Хлопнула глухо дверь, и я прикрыла глаза, давая себе передышку и растекаясь по постели.
Я не помнил, как добрался до ближайшей аптеки и как вернулся. Всё будто встало на паузу, чтобы взорваться в моих руках, разлететься ошметками. Я не знал, как метить её, как причинить эту боль… А как подготовить?..
И не сразу понял, что в доме как-то подозрительно тихо. Первая мысль оплавила кончики нервов: она что… сбежала? Вторая выстудила все внутри — я поймаю и убью Карину! Но взгляд зацепился за её вещи. Вот же все — обувь, куртка… Но почему так тихо?
А всё объяснилось весьма просто — Карина спала. В той же позе, как я ее бросил — на спине, запрокинув голову и оголив соблазнительную шею. Губы тронула улыбка — вымоталась… Каких сил ей стоило прийти сегодня? Или Рус ее припугнул чем-то, что она побежала? Я ничего не хотел знать. Потому что всё, что мне было нужно, лежало на моей кровати. Я тихо положил упаковку презервативов на пол и стянул с себя футболку.
Помыться бы. Но я ее разбужу. А этого не хотелось. Если она уснула, значит чувствует себя спокойно, доверяет… А это после всего дорогого стоит. Избавившись от остальной одежды, я осторожно улегся рядом, уткнулся лбом ей в висок и натянул на нас одеяло.
…Не знаю, сколько мы так проспали, но из сна меня вытолкнула возня подо мной.
— Не хотела тебя будить… — прошептала Карина.
Да что б тебя!
— И когда же ты у меня вырастешь и разбудишь? — открыл я глаза. — Я тебя больше не спрашиваю, помнишь?
— Да, — нахохлилась она.
— И, Карина… будет больно. Потерпишь?
Она обреченно округлила глаза, но я уже не мог ждать. Откинул с нее одеяло и навис сверху, предвкушая удовольствие. Не верилось, что она станет моей… Какая красивая… И страх этот ей шел. Ну, попробуем… Я впечатал ее ладони в кровать и впился в губы. Ох, как колотилось ее сердце! Захотелось перестать растягивать удовольствие и сделать все по-быстрому, но я осадил себя. С чего бы? Уже ничего не изменить. Да и Карина, дрожавшая в руках, только добавляла огня в вены. Не верилось… Хотелось пометить ее всю, чтобы реальность перестала казаться сном. Когда она застонала от моего напора, я выпустил ее рот и легко прикусил подбородок. Ее ресницы доверчиво дрожали, когда она пыталась смириться и отдаться мне.
— Зайка, не дрожи так, я тебя не сожру, — усмехнулся я и потянул кофту с ее плеч.
Она нервно усмехнулась, и я сразу забыл об обещании. Лифчик, кажется, восстановлению не подлежал, зато я завелся с пол-оборота от вида ее потрясающей груди… Не видел ничего красивей. Смотрел бы, не отрываясь, как дышит, сгорая от страха подо мной. Ну разве что руку бы ещё запустил ей в трусы…
Карина выгнулась и попыталась схватиться за мое запястье, но я убрал её руки за голову:
— Плохая девочка…
И я надавил осторожно на самое чувствительное. Захотелось тут же и грызануть её в шею, потому что сдержаться стало дико сложно. Я и мечтать не мог, что мы с ней дойдем до этого этапа.
— Карина… — Я развернул ее к себе спиной и вжался бедрами в её. Руки выпустил и осторожно обхватил горло. — Прости, девочка…
И я одновременно вошел в нее и поставил метку. На руку между её ног брызнула горячая влага, а по пальцам прошла ее дрожь. Карина засучила ногами, казалось, не замечая боль вообще. И я медленно двинул бедрами, принимаясь зализывать рану.
— Карина, все хорошо? — прошептал ей в шею и прихватил метку губами.
Она кивнула и вжалась бедрами в мои сильнее. И меня сорвало к чёртям. Я уложил ее на живот и оторвался по полной, со всем накопленным голодом. Карина стонала, выгибалась и встречала мой напор, будто ей так и хотелось. Конечно, метка теперь все облегчит. Но то, что она ластится и подставляет мне задницу, как кошка, удивляло. Когда я вздернул её на колени и снова потребовал отчитаться о её состоянии, она всхлипнула:
— Хочу ещё оргазм… — приоткрыла глаза и облизала пересохшие губы.
