– Вы же не думали, что все будет так просто?, – их остановил тихий, жесткий и в высшей степени довольный мужской голос, послышавшийся откуда-то сзади. Спустя мгновение друзья были окружены со всех сторон: словно из земли выросли темные силуэты, полностью закрытые черной тканью, оставляя открытыми только белые глаза без зрачков. Прям этакие ниндзя без крыши. Они были без оружия, но встали как один в боевую позицию, сомкнув строй плотным кольцом вокруг четверки. Всего их оказалось шестнадцать, не считая говорящего. Брайан, услышав голос, обернулся к нему, а другие встали за его спиной, стараясь понять, откуда шел звук. Тем временем тьма, окутывающая комнату, задвигалась, и через секунду вместо ее вперед, трансформируясь на ходу, вышел высокий мужчина, лет сорока-сорока пяти, в блинном темном плаще, черных штанах и остроносых ботинках, его голова была абсолютно лысой и покрытая татуировками на 90%, не считая ушей и лица, десятки различных завитков, рисунков и непонятных слов. Он широко улыбался, обнажая передний зуб, сделанный если не из золота, то точно из какого-то дорогого материала, сверкающего в неожиданно появившемся свете, который ослепил парней и заставил их закрыть глаза, чтобы привыкнуть после темноты. Те зажмурились, морщась и пытаясь не терять врагов из вида, однако казалось необычным то, что выражения их лиц не повторялись: Брайан был серьезен и собран, Алан нервничал и все время что-то теребил, Чак злился и хмурился, Айзек растерялся и расширил глаза, все время сглатывая и откашливаясь, – ба!, – вскрикнул мужчина, останавливаясь в полутора метрах от Брайана и глядя ему за спину, – скажу честно: я удивлен, так как ждал только тебя, Хранящий, а вот весь Квартет … Это джек-пот для меня, – продолжая улыбаться, он словно просканировал каждого темно-бардовыми глазами со щелками рептилии, от чего парней затошнило.
– Не ожидал увидеть тебя, Нити*, – как можно дружелюбнее ответил Брайан, даже улыбнувшись, однако его глаза оставались сосредоточенными и настороженными.
– О, – змеиные глаза заблестели, – я польщен, раз такой, как ты, помнит мое имя. Думаю, говорить, почему я тебя ждал не нужно? Ведь, если я не ошибаюсь, тебя разыскивает около 95% мировой нечисти?
– По моим последним, довольно скромным подсчетам, – деловито пожал плечами брюнет, – с недавних пор количество подобных личностей свелось к 89%.
– Это потому, что ты убил добрую часть наших, – улыбка перестала быть искренней, кожа натянулась на бледном лице, облегая череп, и Нити сощурился, – да уж, а я слышал, что ты перестал быть таким дерзким.
– У тебя большие проблемы с источниками. Я милым никогда не был и, к сожалению, не планирую. Разве что когда буду лежать в гробу с кляпом во рту, – мороз пробежался по коже от этих слов, и парни напряглись. Ситуация и так не была дружелюбной, а тут еще оптимистичные планы на будущее.
– Ну, – вытянул мужчина губы, – не надо говорить так пессимистично и о весьма невероятном будущем. Гораздо важнее настоящее, – он вновь улыбнулся, – эта милая, маленькая девочка оказалась отличной приманкой. Я и не мог рассчитывать, что вы так быстро решите ее искать...
– Что ты с ней сделал?!, – прорычал Чак, порываясь броситься вперед, но Брайан жестко осадил его, держа за плечо. Нити даже бровью не повел, намереваясь продолжить свою речь, но тут брюнет уже прервал его.
– Кстати, не думал, что увижу тебя в этом мире. Еще раз. Ведь, если я не ошибаюсь, после последнего нахождения здесь ты решил никогда не возвращаться сюда.
– Ты слишком ценен, – сухо отмахнулся змеиноглазый.
– Но между тем, опять же таки я уверен, что не ошибаюсь, у тебя в этом мире было другое имя, – он приподнял бровь, а тот пожал равнодушно плечами, – в этом мире около двадцати лет назад тебя звали …, – он быстро бросил взгляд на близнецов, потом продолжил, – Исаак Макклаймен, – Айзек закашлялся, хватаясь за горло, а Алан и Чак ошарашенно распахнули глаза, глядя то на Нити, то на Брайана, – Старший, – добавил брюнет, не оборачиваясь, но буквально чувствуя кожей затылка шок друзей, – а эти двое, – он качнул подбородком в сторону близнецов, – Чарльз и Исаак-младший Макклаймен. Твои сыновья.
Казалось, тише быть просто не может. Братья непонимающе смотрели на мужчину, который, в свою очередь, изучал их, скользя по их телам глазами, его напускное веселье и равнодушие сменилось растерянностью и даже неким испугом, которое просто неподобающе смотрелось на подобном типе лица. Однако спустя полминуты тишину разбил громкий, заразный, как у Айзека, смех — лысый откинулся назад, хохоча во все горло и даже закрыв глаза.
