Но все это произошло не так давно, всего десяток лет назад. А в те далекие послевоенные годы, когда я стал студентом университета, пониманию законов развития природы и общества нас учили профессора и доценты – ортодоксально и творчески мыслящие историки, политэкономы и философы. Я с благодарностью вспоминаю наших университетских учителей-обществоведов, читавших нам свои лекции по истории КПСС, политэкономии социализма и капитализма, диалектическому и историческому материализму, по истории философии. Замечу, что в большинстве своем весь корпус преподавателей-обществоведов в Московском университете сложился в собственной научной школе. Многие из них в довоенные годы учились в Институте философии, литературы и истории (ИФЛИ). Многие из них прервали свою учебу с началом войны и вернулись с нее закаленные – и физически, и духом в сражениях великой битвы с фашизмом. Она для них оказалась суровой практикой и проверкой на верность идеям демократии, социализма и коммунизма. С этой закалкой они продолжили прерванную учебу, а затем активную творческую жизнь в науке и преподавательской деятельности.
С преподавателями курса по основам марксизма-ленинизма наше знакомство состоялось на первом и втором годах обучения. Обоих лекторов по этому предмету – Петра Николаевича Патрикеева и Наума Васильевича – я уже представил. Назову теперь руководителей семинаров по этому предмету. К сожалению, некоторых имен этих наших идейных наставников моя память не уберегла. Не помню я имени и отчества доцента Беспаловой, которая вела занятия не в нашей группе. Но я хорошо помню строгое и умное лицо этой пожилой женщины в пенсне, имевшей большие заслуги партийного руководителя и пропагандиста. Мои однокурсники из групп, в которых она вела семинар, очень высоко ценили ее знания, ее справедливую строгость и заботу о студентах. А в нашей пятнадцатой группе занятия вела Екатерина Алексеевна Круглова, тоже очень строгая и партийная женщина из пролетарско-крестьянской среды. Помнится, она рассказывала нам о своей работе женорганизатора в Политотделе машинотракторной станции в период коллективизации. Науку она постигала сначала в своей трудовой жизни, а затем в Институте красной профессуры. На кафедре основ марксизма-ленинизма она была доцентом. Мы, откровенно говоря, иногда побаивались ее комиссарской строгости во время ее проверок нашей готовности к еженедельным занятиям. Помню, как она, строгая и озабоченная, приходила к нам в аудиторию, вынимала из большого портфеля блокнот, объявляла тему нашей беседы, к которой мы готовились, имея объемный список литературы, а затем, строго оглядев нас, предлагала добровольцам начать дискуссию. Нас сковывала школярская робость. Чаще всего нас выручали оба Юры – Суворов и Воскресенский. Они всегда были в полной боевой готовности. Они первыми и поднимали руки. А вслед за ними усилиями Екатерины Алексеевны в дискуссию вступали другие. Обычно она оставалась удовлетворенной выполнением своих заданий, но никогда не оставляла без внимания верхоглядства или недопонимания. К этому она была строга. И тех, кто это обнаруживал, она приглашала на дополнительные встречи-консультации. Зато на экзамене всем было легче – вот когда мы могли прочувствовать цену ее учительской строгости. Екатерина Алексеевна Круглова вела занятия в нашей группе на первом курсе. А на втором руководителем нашего семинара по тому же предмету был Василий Иванович Смирнов, недавний аспирант, кандидат исторических наук, участник Великой Отечественной войны. Вообще-то большинство «семинаристов», особенно на кафедрах общественных наук, были участниками войны, которую прошли кто офицерами, а кто рядовыми и сержантами. Василий Иванович Смирнов был из офицеров-политработников. О нем как ученом высоко отзывался уважаемый мной профессор Наум Васильевич Савинченко. Но нам не пришлось узнать и оценить этого преподавателя. Он неожиданно погиб в каком-то дорожном происшествии. Вместо него к нам на семинар пришел другой ветеран войны Василий Михайлович Конюхов. Он особенно по-доброму относился к студентам – участникам войны. Вспоминаю его русское лицо, удивившее нас своей деревенской простотой, когда он вошел к нам в аудиторию и представился кандидатом исторических наук. Он не изменил крестьянского обличья и после того, как получил докторскую степень и профессорское звание.
После XIX съезда ВКП(б), принявшего ряд важных решений о задачах партии на новом этапе социалистического строительства и развития советского общества, о подготовке новой Программы, об изменении Устава и названия партии, о задачах идеологической работы партийных организаций, произошли изменения и в организации преподавания общественных наук. Вместо кафедр, на которых преподавали в вузах предмет «Основы марксизма-ленинизма», были созданы кафедры истории КПСС. Задачей этих кафедр было определено преподавание теоретически и идеологически обобщенного опыта Коммунистической партии, Советского государства и народа по строительству социализма и его всемирно-исторического значения.
