Надо заметить, что Жанна очень быстро принимала решения и давала оценки окружающим. И мнения своего не меняла – за редчайшим исключением. Лену, сестру Алексея, она раз и навсегда зачислила в непроходимые дуры и пользовалась глупостью своей младшей подружки по полной программе. Ей и в голову не могло прийти, что та просто подыгрывает ей – из каких-то своих соображений. Своего любовника Жанна, тоже раз и навсегда, числила в проигравших. Он был изумительно хорош в постели, эрудирован, чтобы с ним не стыдно было показаться в обществе родителей и их приятелей. А вот к своим друзьям Жанна Митеньку никогда не звала – те бы изумились столь странному ее выбору. Ну кому в наше время могут быть интересны инженеры, до сих пор занимающиеся своим низменным ремеслом и не мечтающие о быстро растущем и успешном бизнесе?
Такая же судьба постигла и Алексея. Он для Жанны стазу же стал Буратино – вернее «богатеньким Буратиной», до богатства которого надо добраться обязательно. Эпитеты менялись: то он был «долговязым Буратино», то «глупеньким Буратино», то даже «Буратино-блондин». Однако дела это не меняло – будущие «охрененные бабки» манили так, что любые причуды характера, равно как и изгибы вкуса (для Жанны, конечно), не могли стать препятствием.
– Ну что, милый мой коллега, перейдем к делу?
– Конечно, Алексей, конечно! – Девушка села поудобнее, не забыв, конечно, эффектно закинуть ногу за ногу.
Но Алексей уже сосредоточился на работе и потому усилия девушки прошли впустую. Вернее, почти впустую – ее маневры заметил невысокий тучный иорданец, уже не первый день пытавшийся понять, из чего варят «кофе» во всех этих «Чашках» и почему местные невежи не понимают, что к кофе этот напиток не имеет никакого отношения.
– Скажите, Жанна, а камнями вы давно занимаетесь?
Простой вопрос поставил девушку в тупик. Она чуть не брякнула, что всего пару месяцев – с тех пор, как Ленчик приоткрыла ей завесу над матримониальными идеями отца. К счастью, Алексей воспринял ее молчание как некое неудовольствие. Дескать, как можно эксперта спрашивать об этом? Конечно, всю жизнь, начиная непосредственно с пеленок!
– Я не хотел вас обидеть. Но просто мир камней столь обширен, столь интересен, столь своеобразен. А традиции, связанные с торговлей ими, столь древние, что мне надо понимать, откуда начать рассказ.
Жанна ослепительно улыбнулась.
– А вы начните с самих камней. Вот, к примеру, начните с гаданий, или связи с Зодиаком, или с…
Алексей бросил на собеседницу странный взгляд.
– Если уж полмира опутано подобными заблуждениями, значит, они хороший рекламный ход. И можно расширять бизнес именно в этом направлении.
Банальность слов Жанны заставила Алексея криво усмехнуться. Да, Димка-то прав. Врага надо просто знать в лицо. Или, что еще проще – позволить ему самому выболтать все тайны.
«Эксперт по камням…» – мысленно пожал плечами Ангел, вспомнив, как они с Ириной как-то весь вечер беседовали о самых разных поверьях, так или иначе связанных с украшениями. Алексей с удивлением спросил, откуда Ирина так много знает. И прочитал в ответ фразу, которую потом встречал неоднократно: «для перевода понадобилось, полезла в Интернет проверять и немножко почитала».
– Ну что ж, эта мысль не нова, но по-прежнему плодотворна… Тогда начнем мы, пожалуй, с того, что нас ждет в недалеком будущем, а, значит, с Центральной Америки и городов инков…
Алексей, конечно, не мог похвастаться энциклопедическими знаниями, но в своей области предпочитал быть человеком достаточно сведущим. Просто чтобы не выглядеть совершенно невежественным перед партнерами, к примеру, на переговорах. И потому его рассказ обещал быть достаточно долгим и интересным.
Вернее, обещал
«Буратино, какой ты зануда, оказывается! – подумала девушка, в тысячный раз заинтересованно кивая словам своего спутника. – Как же жить-то с тобой, а?»
Алексей продолжал рассказ, видя все возрастающий интерес Жанны. Та кивала, от удивления раскрывала глаза, восторженно ахала и всплескивала руками.
«Да она же умница! Ей все интересно, просто ей многое еще нужно узнать! Ну, это дело наживное – главное, чтобы было желание».
Увы, Алексей попался в старую как мир ловушку. Да, Жанна не блистала знаниями, но фразу Марлен Дитрих о мужчине и его настроении считала просто гениальной. Девушка сделала всего один шаг, но выиграла забег – ее спутник разливался соловьем, а ей оставалось только ему не мешать.
«Ну и ладно! Он будет мне что-то рассказывать. А я буду думать о своем. Например, о Митечке… Или о том, как этого зануду затащить к себе… Или о том, куда поехать осенью, когда дожди станут совсем невыносимыми… Конечно, сначала придется ездить с ним. Но тут уж ничего не поделать – потерпим».
