— Эйнар? Ты тут какими судьбами? — вскинул брови Эгипь. Посмотрел на меня и облизнулся. Любимый заметно напрягся.
— Был в разведке, — сухо бросил он. — Не обязан перед вами отчитываться.
— В разведке говоришь? Что-то ты не с той стороны возвращаешься. Вот не даром ходит слух, что ты Маркусу служишь. Сначала он жизнь тебе сохранил, теперь вот девчонку вернул… Наверняка, это ты Николауса выпустил на волю, — злобно проговорил Эгиль.
У Эйнара ярость отразилась в глазах, на скулах желваки заходили, а кулаки сжались с такой силой, что услышала хруст костей.
— Я предан своей стае и оправдываться перед вами не намерен. А если что-то не устраивает, брось вызов и сразись со мной в честном бою, — процедил сквозь стиснутые зубы любимый.
— Зачем нам честный бой? Нас двое, а ты один. Сейчас день, сменить ипостась не сможем. Ты в волчьей шкуре силен, а как человек ничем от нас не отличаешься.
Убьем тебя, съедим девчонку. Агнару скажем, что ты предал нас. Я займу твое место.
— злорадно улыбнулся Клаус.
Эйнар мгновенно загородил меня собой и обнажил меч. У меня душа ушла в пятки. Очень надеялась, что любимый сможет одержать победу. Клаус и Эгиль одновременно атаковали. Грохот соприкасающихся мечей оглушал. Мужчины с рычанием наносили сильные удары.
— Спрячься, — рявкнул Эйнар, не оборачиваясь. Мне дважды повторять не пришлось, сорвалась с места. Снова выдался отличный шанс сбежать, ведь знала, как добраться до замка Артура. Конечно в пургу, по снегу и без припасов вероятность выжить в лесу была минимальной, но я все же рискнула. Мысленно поблагодарила.
Армана за то, что научил ориентироваться в лесу как днем, так и ночью. Двигаться было тяжело, снега по колено. Я так не хотела возвращаться в стаю Агнара, что решилась на это безумие. Сердце грохотало так, что оглушало. Понимала, что оборотни отправятся следом, как только закончат бой. И не важно кто выиграет…
Мне не позволят добраться до границы.
Холодный воздух обжигал легкие, кожа на щеках щипала, раскраснелась. Я не чувствовала конечностей. Удивляло то, что за все это время ни разу не подхватила лихорадку. Обычно в деревне часто зимой люди умирали из-за переохлаждения. Хоть в этом Бог миловал меня.
Устала так, что клонило в сон. Знала, что спать нельзя, иначе окоченею и уже никогда не проснусь. Как только стемнело, услышала дикий вой Эйнара. От сердца отлегло… Выжил… Однако душа сжалась в комочек, ведь осознавала, что оборотень догонит, поймет, что я решила убежать. Как поступит: убьет, накажет или простит?
Этого я не знала…
Решила перевести дух одну минутку. Села на снег, прислонилась к дереву. Тело ломило от усталости и холода. Еще немного и снова отправлюсь в путь…
Сознание вернулось ко мне, когда ощутила сильную тряску.
— Проклятие! Аврора! Очнись! — кричал на меня Эйнар, ухватив за плечи. Я слышала его голос, вот только веки разлепить не могла. Неужели, уснула на морозе?
— Что же ты творишь? — проговорил он с отчаянием. Я не могла понять, почему он так расстроился? Хотела ответить ему, чтобы не вопил так, но не смогла. Вообще не чувствовала своего тела.
— Аврора! — рявкнул любимый. — Не смей умирать. Ты меня поняла? Глупое создание! Чем ты думала, когда сбежала? Аврора!
Я бы и рада ответить, но не получалось. Услышала треск поленьев, где-то рядом со мной горел костер. Тепло волнами окутывало меня, но не согревало. Я промерзла до костей… Эйнар стаскивал с меня вещи, а я не понимала, что он делал?
Горячие ладони растирали мои ноги, руки. Оборотень изо всех сил старался согреть меня.
Ощутила невыносимую боль в мышцах, непроизвольно застонала, поморщилась.
Стоило подать признаки жизни, как Эйнар приложил к моим губам свое запястье.
Теплая кровь хлынула внутрь. Я закашляла, хотела отстраниться, но он не позволил.
— Как же мне хочется придушить тебя, — зарычал он зловеще, да так, что у меня мурашки побежали по спине. Я разлепила веки и часто заморгала. Как оказалась в пещере? Сколько времени была без сознания?
— Пей мою кровь, не сопротивляйся. Она согреет тебя изнутри, распространится по венам и не позволит твоему организму окончательно окоченеть, — с раздражением проговорил он. Поймала на себе убийственный взгляд. — Это надо было додуматься сбежать… Да еще и уснуть на снегу… А ты говорила, что любишь… Вот тебе доказательство… При удобном случае решила убежать, бросить меня… Инстинкты самосохранения всегда превыше всего.
— Ты убил Эгиля и Клауса? — прохрипела, когда Эйнар убрал от моих губ свою руку.
Любимый заметно помрачнел, отвел взгляд в сторону.
— Да… Пришлось… Я не в восторге от этого… Все из-за тебя… Если бы не отправился на твои поиски, то не вызвал бы подозрение у остальных. А теперь, если узнают о том, что я убил волков из своей стаи, меня будут судить… Скорее всего казнят. Клаус ранил меня, я потерял сознание, а когда очнулся, ты уже успела преодолеть приличное расстояние. Не думал, что ты рискнешь убежать в такую погоду… — с раздражением проговорил он.
