Что он творил? Все мысли вылетели из головы, застонала от прикосновения влажного жаркого языка к пупку. Положила руки на плечи Эйнару и зажмурилась, искусала губу а кровь. Впивалась ногтями в его кожу, требуя немедленно освободить меня от оков. Хотелось ощутить легкость и свободу. У меня перехватило дыхание, по мышцам живота пробежался огонь наслаждения, словно тысячи игл разом вошли в мое сердце, когда Эйнар принялся исследовать мое тело, словно заново знакомился. Он хотел подарить мне кусочек рая. У меня ноги задрожали, а из груди вырвался протяжный стон. Его язык и пальцы не знали пощады, у меня в глазах потемнело от удовольствия, мир куда-то исчез, остались лишь мы вдвоем. Когда казалось, что еще мгновение и наступить освобождение, Эйнар прекратил свои сладкие пытки. Рывком уложил меня на мягкие шкуры и навис сверху. Его глаза затянула пелена страсти, на скулах ходили желваки, зрачки стали янтарными. Любимый больше не сдерживал себя, отпустил разум, не опасался своего зверя, ведь осознавал, что не сможет убить меня, что наконец-то нашел душевное равновесие, определил для себя то, чего ему хотелось больше всего. А желал он меня, всю без остатка, изголодался по моей нежности и ласке. Его ненасытные губы требовательно прильнули к моим губам. Я хватала его за волосы, шептала бессвязно слова. Меня трясло как в лихорадке.
— Эйнар, — прорычала грозно, готова была загрызть его, если бы не дал мне желаемого. Любимый лукаво прищурился, на губах заиграла улыбка. Впился в меня голодным поцелуем и одним сильным толчком проник мое тело. Я протяжно застонала, обхватила ногами его поясницу, поддалась навстречу сильным толчкам. Мой! Только мой! Порву любого в клочья, кто посмеет встать между нами.
— Я убью Николауса, — выдохнул он, покусывая мою шею. — Вырву ему сердце, но не позволю больше прикасаться к тебе. Ты моя! Только моя. Сотру все твои воспоминания и про капитана. Дурею при мысли, что ты была с ними.
У меня сердце удар пропустило от его слов. Смотрела на Эйнара и не моргала.
Его челюсти сомкнулись с такой силой, что услышала, как скрипнули зубы. В глазах клубилась гремучая смесь из ярости, ревности, злости. Его движения стали резкими, сильными, впивался пальцами в мою нежную кожу с такой силой, что я поморщилась от боли. Эйнар потерял над собой контроль, звериная сущность освободилась.
Любимый желал наказать меня за то, что лишила его покоя, за то, что пробудила в нем человечность. Обхватила руками его щеки и заставила посмотреть мне в глаза.
— Эйнар, — выдохнула, облизнув пересохшие губы. — Между мной и Ником ничего нет и не может быть… Он мой отец.
Любимый замер, услышала, как его сердце пропустило удар. Смотрел на меня ошарашено, пытался принять полученную информацию.
— Если обидишь меня снова, Ник тебя убьет. Или же я последую его совету и найду себе другого волка, более покладистого и смирного. Вызову на бой одного из твоих оборотней и по законам волков буду принадлежать другому, — предупредила, одарив его ледяным взглядом.
Эйнар был такой растерянный, что я не удержала улыбку, притянула его к себе.
С жадностью кусала его губы. Глаза любимого стали золотисто-карими.
Человеческая сущность вернулась… Движения Эйнара стали страстными, он дарил мне нежность и наслаждение. А я отдала ему душу и сердце. По сути не такие уж мы с ним и разные…
— Ты моя, — рыкнул он мне на ухо, а я разлетелась на атомы, испытав наслаждение. Оковы слетели, ощутила свободу. Эйнар содрогнулся и уперся своим лбом в мой лоб. Дышал тяжело и прерывисто.
— Если хочешь, чтобы я была рядом, то постарайся меня удержать. Не забывай, что волчиц очень мало, у женщин огромный выбор. Я могу отдать свое предпочтение любому волку, — заявила, гордо вздернув подбородок. — Если мне не понравится твое поведение, то вызову на бой другого оборотня. Не забывай об этом. И да… Я тебя опоила зельем… От которого нет противоядия. Но и сама приняла дозу… Когданибудь ты осознаешь, что твое сердце теперь у меня в плену, — улыбнулась, заметив его суровый взгляд. Эйнар не хотел верить в то, что влюбился подобно человеку.
— Я все же убью Ника за то, что заставил поверить меня в эту иллюзию, будто вы вместе. Из-за него меня душили противоречивые эмоции. А тебя, Аврора, никому не отдам. Даже не надейся улизнуть к другому волку. Убью любого, кто посмотрит на тебя с желанием, — рыкнул он, впившись в мои губы. У меня мурашки пробежали по спине, в животе снова запорхали бабочки.
В тот момент мне было плевать выиграем мы войну с Маркусом или проиграем, главное это то, что я одержала свою маленькую победу над зверем. Научила его любить…
