— Я не ты! Меня он этим не сломает, — заявила, подскочив с места. Помчалась в сторону уборной, а Лина, испугавшись моего дикого взгляда, пошла следом.
— Ты что задумала? — испугано проговорила она.
— Единственная возможность избавится от мыслей о господине — это заменить их на более сильные эмоции… А что сильнее самосохранения? — ехидно улыбнулась и спрыгнула с выступа в горную реку. Тело пронзило иглами. Вода холодная, поток быстрый. Я делала жадные глотки воздуха, перед тем, как уходила под воду. Этот путь показался вечностью. Меня выбросило на берег далеко от горы. Я пыталась откашляться, выплевывала воду, которую наглоталась. Нет, я не самоубийца. Убегать никуда не собиралась. Просто решила провести ночь в лесу. Меня трясло от холода, зуб на зуб не попадал. Одежда неприятно прилипла к телу. Меня это раздражало.
Зато мысли стали ясные. Услышала дикое рычание, среди деревьев горели янтарные глаза. Оборотни обнаружили беглянку. А мне не было страшно. Поднялась, обхватила себя руками, чтобы унять дрожь. Никто не посмеет убить жертву Эйнара, а если даже и сделают это, то ему же хуже, а не мне. Я в любом случае погибну. Добрела до развалин замка, забилась между камнями, вытянувшись на сухой траве. Прикрыла веки, провалилась в сон, однако вздрогнула, когда почувствовала прикосновение мокрого носа к руке. Открыла глаза и улыбнулась. Передо мной стояли три волчонка.
Я знала, что это Одди, Рейн и Хэри. Они клубочком свернулись возле меня, а я прижалась к ним, пальцами сминая приятную, мягкую шерсть. Теплые, милые комочки… Согревшись, мгновенно уснула.
Мне снился сон… Или это было очень далекое прошлое…
«Мы с мамой пришли ночью в лесную чащу. Постучались в дверь единственной избушки в той округе. На пороге появилась пожилая женщина. Улыбнулась, погладила меня по голове.
— Мария, что случилось? Почему ночью пришла? Ты же знаешь, как здесь опасно, — отчитала мою маму знахарка.
— Корнелий с мальчиками уехал на охоту, когда вернутся, мы будем собирать вещи… Переезжаем на запад. Инга, мне будет тебя очень не хватать. Прибежала ночью, потому что мне срочно нужна твоя помощь. Я снова беременна. Сделай отвар, умоляю… Я не хочу больше детей, — с мольбой проговорила мама.
— Мария, ты же знаешь, если кто узнает о том, что я умею готовить этот отвар, меня сожгут живьем. Нельзя отнимать жизнь у не рожденного дитя. Людей итак мало становится из-за войны с оборотнями. Королю нужен народ, он запретил избавляться от детей. К тому же в прошлый раз на тебя отвар не подействовал, — напомнила Инга, покачав головой.
Мама посмотрела на меня и прижала к себе.
— Тогда срок был большой, я поздно узнала про беременность, вот и не потеряла Аврору. В этот раз всего месяц задержки, отвар поможет, я уверена в этом. Умоляю.
— застонала мама, хватаясь за голову.
— Хорошо. Я научу тебя варить и это зелье. Используй только в очень крайнем случае, — предупредила Инга.
— Ты же все знаешь… Случай снова критичный, — выдохнула мама, смахивая слезы.
— Сейчас сделаю, — пробормотала Инга.
Я воспользовалась тем, что мама отвлеклась, и выскользнула из дома. Ночью в лесу сказочно красиво. Заметила олененка и побежала за ним. Он испугался и помчался прочь. Я преследовала его, отдавая все силы. Волосы развивались на ветру, хотелось смеяться, восторг переполнял душу. Я любила лес.
— Аврора! — завизжала где-то вдалеке мама.
— Аврора, вернись! — кричала Инга. Не понимала, почему они так волновались?
Я выскочила на поляну и замерла, захлопала ресничками, наблюдая за прекрасными тварями. В лунном свете их янтарные глаза буквально горели, острые клыки, впивались в тела оленей. Шерсть у хищников разного цвета. Волки зарычали и обратили свой взор на меня. Я открыла рот от удивления. Меня затопило восхищение. Хотелось прикоснуться, потрогать их шерсть.
Вожак рыкнул на остальных, и они смиренно заскулили, склонив перед ним головы. Огромный, сильный зверь с коричневой шерстью направился в мою сторону.
Встал напротив меня и зарычал, оскалился, обнажив зубы. Его пасть была перепачкана кровью, ведь он только что раздирал на части оленя. Ни один нерв не шелохнулся у меня. Я склонила голову на бок и протянула руку, решив утолить любопытство. Погладила дикого зверя так, словно он мой пес Лакки, которого я безумно любила. Зверь замер, ощетинился, в глазах лютая ненависть отразилась.
— Умоляю, не убивай ее! — завопила мама за моей спиной. Подбежала ко мне и рухнула на колени перед оборотнем. — Убей меня, только не дитя. Умоляю…
— Девочка не знала, что нарушила границу, ей всего два года. Просим сохранить жизнь. Ведь мы вам не раз помогали, — спокойно проговорила знахарка, опустившись на колени.
Звери зарычали, шерсть у всех встала дыбом. Они злились, я это чувствовала…
На моих глазах вожак стал человеком, поднял руку, призывая остальных оборотней угомонится.
