Богиня стояла перед нами и водила руками в воздухе, словно именно так могла “видеть”. Манэя взмахнула рукой, и стоявшие перед ней потеряли способность говорить и шевелиться.
— Генри, повтори как должно, что ты приносишь в жертву ради исполнения своего желания? — богиня щёлкнула пальцами, возвращая старику дар речи.
Генри сглотнул и произнёс, глядя перед собой:
— О, могущественная и прекрасная Манэя! Моё желание остаётся неизменным: магия и молодость. Я привёл тебе своих детей: Максия, Дэмиана и Миранду. Они самое дорогое в моей жизни, и я жертвую ими. Дэмиан и Миранда отравлены, они скоро уйдут за грань... А Максия я готов убить как пожелаете.
— Я справлюсь сама. Ты можешь идти, Генри. Твоё желание будет исполнено.
Ступай.
Щёлкнув пальцами ещё раз, богиня вернула лорду Орсону способность двигаться. Старик проворно подошёл к дверному проёму.
— Не туда, эта дверь и есть грань.
Едва не вывалившись, Генри в страхе ухватился за дверной косяк. Там за дверью находилась пропасть, в которой плескалась раскалённая лава. Старик метнулся в ту сторону, откуда пришёл, в нерешительности остановившись у тоннеля.
— Но богиня, там цербер...
Манэя раздражённо цокнула языком.
— Цербер тебя не тронет, — отчего-то она особо выделила первое слово.
Счастливый лорд Орсон исчез из вида.
Манэя обошла вокруг замерших истуканами людей, её длинные волосы стелились за ней по полу, словно чёрная мантия.
— Я слышу ваши мысли. Знаю, чего вы просите. Знаю, на что могли бы пойти ради этого. Да только вот незадача: тот, кого уже принесли в жертву, не может ничего пожелать.
Манэя говорила медленно, растягивая слова и этим придавая им больший вес. Она сделала небольшую паузу и затем продолжила:
— А это значит, что среди вас только два человека, чьи желания я могла бы исполнить. Тория не имеет права ничем жертвовать, потому что она теперь в ответе не только за себя. Остаётся... Ивор.
Манэя стала прямо напротив принца.
— Говори, Ивор. Но сначала крепко подумай, чем жертвуешь, соизмерима ли твоя жертва с твоим желанием.
Богиня щёлкнула изящными пальцами.
Ивор оглянулся на друзей, пытаясь передать взглядом, что всё будет хорошо.
— Я пришёл сюда за близкими мне людьми. Мы не хотели ничего просить у тебя, не хотели ничем жертвовать. И сейчас единственное, чего я желаю, чтобы Тория, Миранда, Максий и Дэмиан остались живы.
— Ты же понимаешь, что хочешь слишком многого?
— Понимаю. Но и пожертвовать я собираюсь многим.
— Ты уверен, что того, чем хочешь пожертвовать, будет достаточно?
— Да. Потому что для меня это не просто много. Это всё, что имею.
Ивор прочистил горло и продолжил торжественным тоном:
— О, могущественная и прекрасная Манэя! Я жертвую своей жизнью. И желаю, чтобы остальные присутствующие здесь остались целы и невредимы.
По щекам Тории заструились слёзы. Отчаянный стук её сердца вдруг стал слышен всем присутствующим. Ивор повернулся к ней и подарил быстрый поцелуй в застывшие губы.
“Прости и будь счастлива. Я ухожу именно для этого”. — прошептал он и развернулся.
— Ну что же. Убедил. Твоя жизнь — это всё, что у тебя есть. И это достойная жертва. Я принимаю её. Твоё желание будет исполнено. Ступай.
Манэя указала в сторону дверного проёма. Решительным шагом Ивор направился к нему. Время в склепе замерло. Даже богиня застыла у своего саркофага. А её волосы, взметнувшиеся от очередного порыва ветра, зависли в воздухе.
С клокочущим грохотом и треском в просвете дверного проёма поднялась лава.
Глаза Манэи наполнились ужасом, она щёлкнула пальцами:
— Шиар не принимает жертву! Он разозлился! Бегите прочь! Быстрее!
Тяжёлая, каменная крышка саркофага приподнялась и упала. Лава хлынула в склеп.
— Да что же вы встали! Бежим! — закричал Макс, хватая за руку Миранду.
Они бежали по тёмному тоннелю, когда рука леди Арнис вдруг ослабла в ладони Максия, и он едва успел подхватить девушку прежде, чем она рухнула на пол.
Один грот, второй, третий. Тория остановилась и прислонилась к каменной стене, переводя дыхание.
— Я больше не могу...
— Я понесу тебя! — Ивор обнял её за талию.
— Послушайте, а ведь мы не проходили здесь! — заметил Дэмиан.
Приглушённый до этих пор грохот стал громче.
— Надо уходить! Другого пути всё равно нет! Передохнули и хватит! — Ивор подхватил Торию на руки.
Ещё несколько гротов и тёмных тоннелей, и они оказались в том самом помещении с озером и алтарём. На воде нашёлся лишь один плот.
— Макс! Клади на него Миранду! Остальные вплавь. Тория, ты умеешь плавать? — спросил Ивор.
Королева кивнула.
Вода оказалась ледяной, а платье тянуло на дно, но Ивор плыл за двоих, помогая Тории. Дэмиану плыть не пришлось. Крылан нервно летал над их головами, издавая скрипучие звуки. На середине пути вода вдруг стала теплеть.
— Нас догоняет лава! — предупредил Ивор. — Гребите быстрее!
Ивор едва успел последним выбраться из озера, как вода в нём вскипела.
Всего несколько минут — и они наконец вырвались из каменных объятий горы. Макс, едва переводя дыхание, осторожно опустил Миранду на землю. Его руки дрожали, а сердце рвалось наружу.