— Этот мальчишка всю жизнь только и делает мне всё наперекор! Я как могу пекусь о его будущем, но видимо, толка с него не будет.
— Отец, прости, но это его дело с кем жить. Прошу, когда они вернутся, не порти последние дни до нашего отъезда.
Я не стал напоминать о том, что с войны можно и не вернуться. Неужели он сам не понимает таких очевидных вещей? Отец, хлопнув дверью, скрылся в кабинете. Мама, нервно комкая носовой платок, тихо заплакала. Я молча обнял её. Она как всегда боится что-то возразить, но что поделать… Мама свято верит, что женщина должна быть хранительницей семейного очага и ни в чём не перечить мужу. Да к тому же, зная характер отца, в противном случае мы бы жили среди вечных криков и ругани.
— Вильгельм, — она отстранилась и внимательно заглянула мне в глаза. — Скажи мне правду. Она действительно его достойна? Меня не интересует её происхождение, для меня важно, любит ли она Фридхельма?
— Да, — чтобы её успокоить, я стал рассказывать, как Эрин собиралась в одиночку пересечь линию фронта, чтобы раздобыть лекарства для Фридхельма.
Отпускные дни тянулись вроде бы медленно, но, взглянув на календарь, я увидел, что нам придётся уехать уже через три дня. Эрин и Фридхельм уже вернулись, и я удивился, что в кои-то веки отец послушал меня. Во всяком случае, братец отделался лишь его недовольными взглядами и ласковым упрёком мамы, почему они так поспешили. К тому же, как строгая католичка, она потребовала, чтобы они получили благословение в церкви. Я усмехнулся, заметив мягко говоря «обрадованный» взгляд Эрин. Она что придерживается модного сейчас атеизма?
Последний вечер перед отъездом мы решили посидеть в ресторане с Гретой. С Евой мы мирно расстались накануне. К счастью, всё обошлось без упрёков и рыданий. Девушка даже не намекала на возможное продолжение отношений, за что я был ей мысленно благодарен.
— Мой директор обещал, что, возможно, скоро я получу своё первое турне, — мечтательно улыбнулась Грета. — Я хочу побывать везде! В Париже, Риме, Неаполе.
— Смотри, поаккуратнее, — хмыкнула Эрин. — Я не спорю, ты у нас талантище, но обычно эти козлы в обмен на продвижение пытаются залезть под юбку.
— О, не думаю, что Ханс посмеет не то что лезть мне под юбку, а бросить лишний взгляд, — беспечно ответила Грета, а я лишь уверился в том, что у неё с Дорном любовная связь.
Ну ещё бы! Кто осмелится перейти дорогу штурмбаннфюреру?
— Что это? — нахмурился Фридхельм.
Мы прислушались. Снаружи тревожно завывала сирена.
— Это воздушный налёт, — я быстро поднялся. — Нужно найти ближайшее убежище.
— Не стоит паниковать, — мимо столиков уже сновали официанты. — В нашем ресторане имеется надёжный подвал. Просим вас перейти туда, на улице может быть опасно.
Снаружи послышался глухой взрыв, соседнее здание вспыхнуло как спичка. В зале тут же началась паника. Люди бестолково бросились к заветной двери в подвал. Фридхельм и Эрин оказались отрезаны от нас толпой. Я взял Грету за руку, пытаясь защитить от пинков, ведь кое-кто, пробиваясь вперёд, не стеснялся пустить в ход локти.
— Вильгельм! — вскрикнула Грета, когда какой-то мужчина бесцеремонно оттолкнул её. — Помогите!
Край её платья загорелся от упавшей свечи.
— Пропустите! — я расталкивал толпу, пытаясь пробиться к ней, и тут раздался сухой щелчок выстрела.
— Прекратите! Вы позорите свою страну, ведете себя как стадо!
Я узнал в офицере Ягера. Он предупреждающе вскинул пистолет, щёлкнув затвором.
— Спокойно проходите в убежище, места хватит всем.
Я обнял всхлипывающую от испуга Грету. Ягер успел плеснуть водой на её платье.
— Ты как?
— Пойдёмте, здесь опасно оставаться, — Ягер подхватил Грету под руку, увлекая к двери.
Я оценивающе оглядел убежище. Похоже, здесь был винный погреб, но его основательно укрепили стальными подпорками. Я всмотрелся, пытаясь выхватить взглядом Фридхельма, но в такой толпе это было бесполезно. Успокоив себя тем, что точно видел, как они зашли, я попытался найти удобное место для Греты. Стулья были все заняты, но я нашёл свободный угол.
— Пойдём, — я стянул пиджак и накинул ей на плечи.
В подвале было довольно прохладно. Грета прижалась к моему боку, и я чувствовал, как её тело сотрясает мелкая дрожь.
— Потерпи, как только налёт закончится, отправим тебя в больницу.
— Всё… в порядке, — с трудом выговорила она. — Пламя быстро потушили, так что ожогов нет… но я… я боюсь…
— Тш-ш, — я обнял её. — Здесь безопасно.
— Это спорный вопрос, — язвительно сказал Ягер. — Эти идиоты чуть было не затоптали пару человек, — он протянул Грете плоскую фляжку. — Держите, фройляйн дель Торрес, вам надо успокоиться.
Грета сделала маленький глоток и вернула ему. Издалека раздался приглушённый грохот взрыва. Свет начал мигать. Видимо, где-то повреждена проводка. Ягер насмешливо спросил:
— Похоже, у вас выдался довольно паршивый отпуск, герр обер-лейтенант?
— Можно и так сказать, — согласился я, едва не добавив, что во многом благодаря ему.
