Моя деревня полностью

Д е д  Р о м а н. Но слышал я, Савелий Родионович, как бетонщица Нюра в шестнадцатом цехе сказала про твои столярно-плотннчьи успехи.

Д ы м о в. Это про ящики почтовые?

Д е д  Р о м а н. Вот-вот.

Д ы м о в. Ну и что? Так разве я украл тот материал? Или у меня в это время работа была, а я вместо нее те ящики сколачивал?

Д е д  Р о м а н. Все покамест правильно. Ну, а дальше?

Д ы м о в. Ну, а дальше… А дальше вот что. Обрезки в кучу складывают и сжигают. Разве это по-хозяйски?

Д е д  Р о м а н. Бесхозяйственность. Правильно.

Д ы м о в. А я их в дело пустил.

Д е д  Р о м а н. Для кого? Для народа? Или для себя?

Д ы м о в. Тяни мочало — начинай сначала. Так ведь их жгут по указанию начальства. А я их в дело.

Д е д  Р о м а н. Значит, бесхозяйственность от начальства пошла. Так, выходит?

Д ы м о в. Ну, так.

Д е д  Р о м а н. А ты против той бесхозяйственности. Правильно? Ведь некуда те обрезки девать. А если уж ты такой умный, почему ты к тому же начальству не подошел да не сказал: «Безобразие, товарищи! Давайте, мол, из тех обрезков детишкам в садик или ясли кубики сделаем. Домики, горки всякие там, лесенки да полочки». Где ж ты был-то, раз ты умнее начальства. Нет, то, что бесхозяйственность, — я с тобой согласен. Но почему именно ты, мастер-монтажник Дымов, решил, что только начальство отвечает за бесхозяйственность, а твое дело сторона? А? Вот об этом и не подумал.

Д ы м о в. Вот об этом я не подумал.

Д е д  Р о м а н. Вот ты в партию придешь. А тебя беспартийные рабочие спросят: а тебе не стыдно, коммунист Дымов, что ты с нечистой совестью в партию пролез? Тебе заработанные на бесхозяйственности левые денежки карман-то не жгут?

Д ы м о в. Не говори! Не говори! Жгут, Роман Иваныч. Страх как жгут. И не знаю я, как мне с теми деньгами поступить?

Д е д  Р о м а н. Вот ты пойди и подумай и, когда у тебя решение сложится, тогда это заявление и принеси. Хорошо, что числа не проставил. Тогда и поставишь. И я тогда сам тебе рекомендацию в партию дам.

Д ы м о в. Правда?

Д е д  Р о м а н. Ей-богу!!

Д ы м о в. Ну, спасибо, Роман Иваныч. Спасибо. (Уходит.)

Зазвонил телефон.

Д е д  Р о м а н (в трубку). Дежурный Ильин слушает. Кто? А! Николай Иваныч? Хорошо. Есть такое дело. Вот меня через полчаса подменит Дашенька, и сразу к вам. Есть. Клавдия Михайловна? Нет. Еще не была. Ладно.

Входит  К у д р я в ц е в а. Через плечо у нее дорожная сумка.

Алло! Алло! Николай Иваныч! (Положил трубку.) Положил трубку. Спрашивал вас Николай Иваныч Ковалев. Просил меня приехать на тот берег.

К у д р я в ц е в а. Так поезжайте.

Д е д  Р о м а н. А на кого телефон оставлю?

К у д р я в ц е в а. Я здесь побуду. Езжайте.

Д е д  Р о м а н. Я на лодке. Я мигом. (Уходит.)

К у д р я в ц е в а (сняла трубку). Вера? Это я. Кудрявцева. Соедини меня, пожалуйста, с директором завода синтетических волокон. (Ждет.)

Входит  Ц в е т а е в а.

Ц в е т а е в а. Я не помешала?

К у д р я в ц е в а. Нет, нет. Садитесь.

Цветаева села.

(В трубку.) Не отвечает? Хорошо. Ты попробуй потом еще разок и соедини меня. Я на дамбе. (Положила трубку.) Слушаю вас.

Ц в е т а е в а. Я хотела поговорить с вами. Не могла застать дома. Вас очень трудно поймать.

К у д р я в ц е в а. Ну что ж теперь делать? Давайте говорить здесь. Мы одни.

Ц в е т а е в а. Скажите, Клавдия Михайловна… (Смутилась.) Вот вы парторг. И вы женщина. Мне про вас один человек рассказывал. Хороший человек. Очень даже хороший. Вы его знаете, но я называть его не буду.

К у д р я в ц е в а. Это ваше дело.

Ц в е т а е в а. Он сказал, что вы очень сердечный человек. До этого я думала, что вы эдакий солдат в юбке… простите.

К у д р я в ц е в а. Ничего, ничего. Я и не такое слышала.

Ц в е т а е в а. А он сказал, что это все не так. Что вы совсем другая. Что вы…

К у д р я в ц е в а. Да вы не обо мне, а о своем деле говорите.

Ц в е т а е в а. Я полюбила одного человека.

К у д р я в ц е в а. Это хорошо.

Ц в е т а е в а. Он был женат. Но уже пять лет в разводе.

К у д р я в ц е в а. Правильно. Пять лет и три месяца.

Ц в е т а е в а. Ну, про месяцы я не знаю. Он старше меня на двадцать лет.

К у д р я в ц е в а. Как говорят, «любви все возрасты покорны». Ну и что же?

Ц в е т а е в а. Он работает здесь, у нас.

К у д р я в ц е в а (сухо). Знаю!

Ц в е т а е в а. А жена его… бывшая…

К у д р я в ц е в а. Она тоже здесь.

Ц в е т а е в а. Не знаю. Он не говорил.

К у д р я в ц е в а. А я знаю. Она здесь.

Ц в е т а е в а. Он платит ей алименты на двух детей.

К у д р я в ц е в а. Это неправда. У него нет детей. Это он вам сказал, чтобы… Знаете, есть такое стихотворение: «Чем меньше женщину мы любим, тем легче нравимся мы ей». Принцип прост и стар. Чем больше препятствий для соединения двух любящих сердец, тем крепче любовь.

Ц в е т а е в а. Я этого не знаю. Не испытывала никогда.

К у д р я в ц е в а. Ну уж! Какой он у вас по счету любовник, простите за такой вопрос?