Ф о м и ч. Какой там! Это километров пятнадцать отсюда. Правда, по зимнику напрямь поближе будет. А вон за теми сопками медь и никель нашли. Так я сейчас, как обещал, с омульком к вам наведаюсь.
Н а т а ш а. Мне неудобно, Иван Фомич!
Ф о м и ч. Да что вы, землячка! Я, правда, не в самом центре Москвы, вроде вас, жил, а чуть в сторонке. Загорск. Троицко-Сергиевская лавра. Но москвичом себя считаю. Что-то вас никто не встречает. В этом доме два года траур. После гибели старшого, Миши, лихо родители сдали. Особо Николай. О, Нина Сергеевна! Эй, Буданковы! Встречайте гостей!
Н и н а С е р г е е в н а. Господи! Наташенька!
Н а т а ш а. Ну, ну, Нинуля, не надо! Колечка! Какой ты стал… солидный…
Ф о м и ч. Вот, землячка! Воспитание! Коля, письмо.
Б у д а н к о в. А мы незадолго только вспоминали. Как вы там?
Н а т а ш а. Мама все болеет, тихо угасает. Володя по командировкам мотается. Я преподаю в детской музыкальной школе. А Юрка выше меня вымахал.
Н и н а С е р г е е в н а. Ну, что же мы тут? Пошли в дом. Что ж не предупредила?
Н а т а ш а. Телеграмму еще из Красноярска дала.
Б у д а н к о в. Что за дела?! У нас раньше связь работала нормально. Правда, сейчас, с началом стройки, все на солидную ногу ставится, а с телефоном ни к черту! Мне с неделю установили новый аппарат, а подключить все забывают. Непорядок.
Н и н а С е р г е е в н а. Он еще ни свет ни заря умчался на причал разгружать прибывающие на стройку грузы.
Б у д а н к о в. Ты с Алешкой строжкость прояви! Эти прогулки запрети категорично!
Н и н а С е р г е е в н а. Нам его возле себя вечно не удержать! А запрещать будем — тайком бегать начнет. Вот тут-то и жди беды.
Б у д а н к о в. Уж он у меня еще ремня поест!
Н и н а С е р г е е в н а. Не накормишь ты его ремнем, Коля. Он взрослый.
Б у д а н к о в. А я говорю — упреди, что я запретил и близ к морю подходить!
Н и н а С е р г е е в н а. Ладно. От кого письмо-то?
Б у д а н к о в. От Волошина. Хм! Советуется. Вот человечище! Только закончил проект моста через Обь под Сургутом, его — бах — сюда, в первые секретари райкома. Такой махиной ворочает, а с виду интеллигент с портфелем. Странный! Меня на все совещания по БАМу таскает. А наш совхоз к стройке никакого отношения не имеет. Чудак. Но рука крепкая!
Н и н а С е р г е е в н а. И головка светленькая.
Б у д а н к о в. Ну вы тут сами, а я на склады на часок. Приду к завтраку.
Н а т а ш а. В Москве только и разговоров — БАМ да БАМ. А у вас тут тихо!
Н и н а С е р г е е в н а. БАМ севернее нас пройдет. Поселок махонький, а работы много. Людей не хватает, вот Алеша и бегает помогать. Комсорг совхоза.
А л е к с е й
Н а т а ш а. Алешенька?! Как вытянулся! Богатырь! В отца.
Ух ты, как сдавил — не продохнуть! Силушка играет. Мужичок! Смотри-ка ты, какой силач!
Н и н а С е р г е е в н а. Не говори! Ты осторожней, Алеша. Женщина существо хрупкое, нежное. Снеси-ка чемодан наверх в мансарду.
Н а т а ш а. А я не стесню Зою? Хотя вдвоем веселее…
А л е к с е й. Ушла от нас Зоя. Выжил ее из дома отец!
Н и н а С е р г е е в н а
Не очень-то хорошо у нас в доме.
Н а т а ш а. Ну не надо, Нинуся. Ведь уже два года с тех пор прошло…
Н и н а С е р г е е в н а. «Два года». А для меня этот Мишин… уход, как вчера. Я сейчас.
А л е к с е й. Не там! Вон они, левее идут! Рано в этом году улетают лебеди. Не все на тот берег дотянут. Кто-нибудь из молодых-необлеток сорвется в сине море Байкал… как наш Миша…
Н а т а ш а
А л е к с е й. Да не утонул он.
Н а т а ш а
