Моя деревня полностью

Г о л о с  д е д а  Р о м а н а. Она была в вагончике!

Ю р к а (кинулся ничком на крышу. Стучит кулаками, кричит). Даша! Дашенька! Даша! Милая! Родная! (В отчаянии.) Ну, неужели ты не слышишь?

К вагончику подплывает лодка. На крышу вскакивает К о в а л е в, помогает вылезти  К у д р я в ц е в о й.

К о в а л е в (Юрке). Она там?

Юрка кивнул.

Видимо, дверь заклинило, не может вырваться.

Ю р к а. Нет, я слышу ее. Она под самой крышей!

К о в а л е в. Там осталось с полметра воздушной подушки… Надо через окно!

Ю р к а. Дашка! Любимая! Дашка! (Кидается в воду за вагончик. Только мелькнули его ноги. Нырнул.)

К о в а л е в. Сумасшедший! Ты же один ее не вытащишь! (Прыгает за Юркой вслед.)

К у д р я в ц е в а. Коля! Коля! Тут вот веревка. На! На! Держись. Держись, Коленька! (Легла на крышу вагончика, чтобы удержать веревку.) Ну вот! Вот так. (Вдруг дико закричала.) Я не удержу! ТОВАРИЩИ! Помогите же кто-нибудь!

Г о л о с а. Сюда! Сюда!

— Здесь есть крыша!

— Вода пошла на убыль!

— КО-ЛЕНЬ-КААА!

И весь свет вдруг вырубается, голоса как бы тонут. И тишина. Медленно начинает рассветать. Угадываются контуры вагончика. Возле него колышется на воде лодка. Лодка вместе со спадом воды опускается все ниже. Это просто поднимают вагончик, и создается впечатление, что лодка опускается. Когда станет совсем светло, зритель увидит сидящую на крыше  Д а ш е н ь к у. На крыше лежит  Ю р к а  и спит, уткнув голову в ее колени. Она нежно перебирает его мокрые волосы. И что-то беззвучно шепчет. Рядом на крыше вагона еще  н е с к о л ь к о  ч е л о в е к. В лодке, привязанной к вагончику длинной веревкой, сидят, взявшись за руки  К у д р я в ц е в а  и  К о в а л е в.

К о в а л е в. А все же там, где укрепили дамбу сваями, — выдержала… Жаль Володю!

К у д р я в ц е в а. Молчи!

К о в а л е в. Хорошо, что быстро подоспели вертолетчики.

К у д р я в ц е в а. Молчи…

К о в а л е в. Теперь работы еще прибавится…

К у д р я в ц е в а. Помолчи, глупый ты мой! Как я испугалась…

Звучит песня:

Живая картина.

З а н а в е с.

Б у д а н к о в  Н и к о л а й  Н и к о л а е в и ч — директор зверосовхоза.

Н и н а  С е р г е е в н а — его жена.

А л е к с е й — их сын.

Н а т а ш а — сестра Нины.

Ф о м и ч.

З о я — вдова старшего сына Буданкова.

В о л о ш и н  Ю р и й  В а с и л ь е в и ч — секретарь райкома партии.

О л ь г а  Б и к е т о в а — парторг совхоза, заведующая фермой.

К о л о с к о в а  О л и м п и а д а.

Е р м а к о в  В о л о д я.

Н а д я.

Д и м к а.

Л и д а.

Т а н я.

М а ш е н ь к а.

К о н о в а л о в.

П е т р о в  (Д л и н н ы й).

Т и х о н о в а.

С к л а й б.

К л а в а  М о с к в и н а.

С и д о р и н.

Р а б о ч и й.

П о ч т а л ь о н.

Р а б о ч и е, с т у д е н т ы, р а б о т н и к и  з в е р о ф е р м ы, с т р о и т е л и.

Действие происходит на БАМе в дни стройки.

Солнечное осеннее утро. Дом Буданковых на сопке. Внизу блестит Байкал. К калитке подходят  Н а т а ш а  и  Ф о м и ч. На веранде  Н и н а  С е р г е е в н а.

Ф о м и ч. Ну вот и добрались. Здесь ваши сородичи обитают.

Н а т а ш а. А мне почему-то казалось, что они у самого Байкала живут.

Ф о м и ч. Молоды были, потому и казалось. Вы ведь тогда, в пятидесятые годы, приезжали сюда совсем крохотулькой. Я после войны, как Николай меня сюда сманил, тоже по этим сопкам птицей летал. А теперь все ближе к бережку держусь. В гору мотор не шибко тянет. Годы. (Передает ей чемодан.) Пожалуйста.

Н а т а ш а. Спасибо. А БАМ отсюда не видно?