Д л и н н ы й
Б и к е т о в а
Д л и н н ы й. Понял. Сейчас.
К о л о с к о в а. Дожили! Комсомольцев БАМа успокаиваем уколами!
Г о л о с а. Ты не имеешь права так говорить обо всех!
— Да и о ней тоже!
— У каждого человека есть свой нервный предел!
— Тем более она столько пережила в последние дни!
К о л о с к о в а. Люди идут на работу как на штурм, а тут!..
Г о л о с а. Да брось ты свои громкие слова! Здесь обычные, нормальные люди!
— И у каждого может случиться беда!
Б у д а н к о в. У! Мы породили хилое поколение. Пережив много сами, слишком берегли своих детей от трудностей жизни. Вот они и не приспособлены к испытаниям!
В о л о ш и н. Иван Фомич! Вы тоже фронтовик. Вы тоже придерживаетесь позиции товарища Буданкова?
Ф о м и ч. А что вы меня-то спрашиваете? Что я, свят дух?
В о л о ш и н. Нет, вы иногда очень похожи на Луку из пьесы Горького. Шучу, конечно. Но в вас житейская мудрость. Скажите свое слово.
Ф о м и ч. Ну что ж, скажу… Никакой я не Лука и с ним незнаком. Я только замечаю, что у нас есть товарищи, которые очень любят крайности! Либо белое, либо черное!
Б у д а н к о в. Это еще что за явление?
Н а д я. Это я вызвала. За Димкой! А ему место не здесь, а там, где ищут бандитов. Я!
Ф о м и ч. Вот вам и подтверждение моих слов. Не было бы Димки и прочих — милиция бы и не нужна была. Вот я летал в Беркакит, в поселок охотников…
Б у д а н к о в. Кхм!
Ф о м и ч. Мда! И в Красноярск тоже, но, однако ж… все это разговоры!
В о л о ш и н. А к слову, Николай Николаевич. Что дала поездка Ивана Фомича… в Красноярск?!
Б у д а н к о в. Ох, Фомич, Фомич! Философ-трепач!
В о л о ш и н. А я ведь сам узнал, без его помощи. Так получается что?
Б у д а н к о в. Большое дело выгорает, Юрий Васильевич! У меня как будто шоры с глаз свалились! Простор! Размах!
В о л о ш и н. А тут была еще одна идейка!
К о л о с к о в а. Однако разговоры у костра-то хорошо, а работа…
В с е. …лучше!
С к л а й б. Сэнкью, мистер Сидорин! Вы и сами не знаете, какую великую услугу вы оказали мировой науке!
Т и х о н о в а. Ну, как себя чувствуете, товарищ Сидорин?
С и д о р и н. Малость устал, но норма за ночь — сто двенадцать!
Т и х о н о в а. Поздравляю. Еще раз благодарю!
С и д о р и н. Привет, смена! Я на отдых!
Р а б о ч и й. Сейчас принять душик… по-турецки… ледяной!
С и д о р и н. Не откажусь! Пропотел до шубы.
Р а б о ч и й. Потом сто пятьдесят положенных, полярно-фронтовых!
С и д о р и н. Неразведенного!
Р а б о ч и й. Точно! Горячих щец!
С и д о р и н. Котлеток… десяток!
Р а б о ч и й. Не меньше! И жинка с пацаном ждет небось?
С и д о р и н. Приласкаем! А потом уж…
Р а б о ч и й. …в вагон-клуб! Утренний сеанс для ночной смены!
С и д о р и н. Можно и в клуб.
Р а б о ч и й. То есть обязательно! Бесплатно! Шефы довоенные комедии привезли. Не пойдешь — обидишь!
С и д о р и н. Решено! Главное дело — точная программа! Ты гляди за этими тросами. Они что-то всю ночь трещали… То ли от натуги, то ли от мороза…
Р а б о ч и й. А может, им ваш медицинский наряд не по нраву пришелся?
С и д о р и н. Все может быть! Подолгу не стой! Масло мерзнет!
К о н о в а л о в. Ну что там, Женя?
Д л и н н ы й. Алексея надо. Срочно!
Б у д а н к о в. Его чего-то нет нигде.
Д л и н н ы й
В с е. АЛЕША!!!
Д л и н н ы й. Плохо искали, папаша! Вот он!