Представляю рожу отчима. Утром опять начнется: «Ты где была? Почему домой не пришла?» ля-ля-ля… И оба еще дома будут завтра весь день. Блин, забыла совсем! Придется прийти пораньше. Часов в шесть утра, когда они еще точно дрыхнуть будут. Перекусить и опять уйти, заявившись только вечером.
Честно говоря, больше похоже на то, что живу я у Лены, а в гости прихожу к себе домой. В неделю на две ночи точно остаюсь у нее. Больше просто неловко, хотя она не раз предлагала. Ее родители не против. Понимают. Они мне почти заменили маму и папу.
— Хей! — слышу позади себя пьяный окрик и не сразу понимаю, что «обращаются» ко мне. — Цыпа, иди сюда!
Только этого мне в довершение дня не хватало!
— Я кому сказал?! — скорее утверждение, чем вопрос.
Щас прям! Бегу и падаю!
Немного ускоряю шаг. Угораздило ж еще завернуть в подворотню, чтоб быстрее добраться до Лены. Срезала путь, называется!
Шаги сзади становятся тяжелее. Мой преследователь явно не собирается отставать. Догоняет. Я еще с этими сумками, будь они не ладны! А собственно, почему «не ладны»? Будут мне оружием. Плевать, что что-то там разобьется. Это уже проблемы отчима. Не мои.
Резкий толчок в плечо, и меня разворачивают на 180 градусов:
— Ц-ц-ц-ц, — в нос ударяет запах алкоголя. Кто бы сомневался… — Нехорошо убегать, когда тебя зовут.
— Послушайте, — начинаю ровным голосом. — Давайте Вы сейчас меня отпустите, и мы будем считать, что ничего не было. Никому из нас ведь не хочется портить столь приятный весенний вечер, не правда ли?
Сначала нужно предложить спокойно разойтись, а потом уже кулаками махать. Кто знает, может, обойдется.
— Лично я его портить не собираюсь, — ухмыляется он. — Пошли.
Хватает меня за локоть и тащит. Так, понятно, мирным путем решить не получилось.
Выворачиваюсь из захвата и ударяю его сумкой в бок.
— Ах ты ж!..
Ногой в живот. От пьяных отбиваться проще — реакция у моего противника замедлена. Ребром руки по шее. И сумкой по башке.
— Я предлагала отпустить меня, — говорю напоследок и, разворачиваясь, сбегаю.
Нужно свалить отсюда, пока он не очухался.
— Мы с тобой еще встретимся! — кричит мне вслед, приправляя каждое слово изрядной матершиной.
Пфф, жду не дождусь!
Через пять минут несчастная дверь уже подвергается усердной бомбардировке моими кулаками.
— Ты чего так колотишь? — за порогом появляется перепуганная одноклассница. — Ой, ну и видок у тебя!
— Посмотрим, как ты будешь колотить и как у тебя будет видок, когда за тобой пьяный урод бегать будет! — выпаливаю на одном дыхании, вваливаясь в квартиру.
Лена сдержанно ахает.
— Давай помогу, — берет у меня сумки.
— Бери себе, если там что-то уцелело.
— Это для отчима? — спрашивает с подозрением. — Он, если узнает, крышка тебе.
— Мне в любом случае крышка, — отмахиваюсь, устало прижимаюсь спиной к стене. — Новое куплю завтра, не разорится.
— Я не могу, — говорит виновато.
— Тьфу ты, блин. Ладно, давай я сама.
Начинаю разбирать покупки. Когда все они извлечены и расставлены на полу, подвожу итог:
— Короче, смотри. Помидоры помялись — оставляем мне. Огурцы с картошкой почти не пострадали, значит, тебе, — распределяю все таким образом на две кучи.
— Может, хотя бы составишь по вашим шкафам сама, а? Я уже не выдержу.
— Ань, ну, ты же знаешь, что я…
— Бери, сказала, — перебиваю.
Я знаю, что живет Ленина семья не слишком богато. У нее еще две сестры старших учатся в другом городе. А пособий нет, потому что девушки уже совершеннолетие. Так что такие «гостинцы» им не помешают.
— А ему что скажешь?
— Правду, — отвечаю, не колеблясь, и, заметив, ее удивленный взгляд, поясняю. — Так и скажу. Что на меня напал какой-то придурок. Ну, присочиню чуть-чуть. Я человек творческий, мне можно! — добавляю, смеясь.
— Мне родители не разрешают.
— Сама с ними поговорю. Удар приму на себя, не переживай, — дружески похлопываю ее по плечу.
В ответ она обнимает меня. Крепко. Так и стоим с ней, пока до меня не доходит:
— Блин, Лен, я ж грязная. Мне бы выкупаться, а?
— Конечно, конечно, проходи.
***
Вечер прошел как обычно. Поговорили «за жизнь». В первую очередь, Лена пожелала услышать «Историю о том, как на подругу ее недоманьяк напал». Не очень получилось интерпретировать под названия русских народных сказок, но не суть.
Потом про Макса. Все видели, как он ко мне относился, и шушукались за спиной, мол, любовь-морковь, все дела. Особо креативные придумывали еще из ранга «больше, чем просто дружба». Я на это никогда внимания не обращала. Сплетни на то и сплетни. Надо ж людям о чем-то язык почесать, пусть себе чешут, раз им на большее мозгов не хватает, мне-то что? Потом я немного порисовала на графическом планшете, и мы улеглись.
Это и есть то самое, что я не хочу оставлять у себя дома: планшет и бук. Сама на них заработала. Поэтому в качестве акта мести со стороны родственничков, задержись я таким образом, не имея при себе своих вещей, их бы у меня уже не было.
Спустя пару дней
