Моя любимая сестра полностью

Я могу рассказать, что не привлекает меня. Сама идея материнства кажется мне петлей на шее. Еще одна пара рук, дергающая меня за край платья и пищащая «А как же я?» Ребенок – это эмоциональная нагрузка, а я уже нахлебалась этого через край. В детстве я ради мамы притворялась, будто нет ничего примечательного в том, что ты одна из трех темнокожих учеников в выпускном классе. В замужестве эмоционально и финансово поддерживала ленивые амбиции мужа стать следующим Райаном Гослингом. И всю жизнь провела тщательно подготовленной, хорошо одетой, большей частью трезвой и добровольно фригидной, потому что один пропущенный красный сигнал светофора, и меня уводят в наручниках от «бумера», который не может быть моим.

– Лиза говорила с тобой о вечеринке в честь SADIE? – спрашивает Лорен, уводя в сторону разговор ради Джен. Какая хорошая кандидатка эта Лорен.

Я киваю. В начале каждого сезона нам нужно событие, которое соберет всех Охотниц. Лорен арендовала пентхаус в отеле, чтобы отметить запуск SADIEq, версии ее приложения для квир-сообщества. Тема: сексуальная пижамная вечеринка. О, как Охотницы любят эту тему.

– Это умно, – говорю я.

– А то. – Лорен широко улыбается. – Я потратила кучу денег на исследование, которое показывает, что в отношениях между женщинами на начальном этапе ухаживаний не всегда есть один явный доминант. Женщины куда более демократичны в своем подходе к свиданиям, поэтому SADIEq отличается от SADIE тем, что мы приглашаем всех на встречу оффлайн.

Я киваю, будто именно это и имела в виду под «умно».

– Это очень умно. А еще умно, что первое групповое мероприятие – твое. Будь оно моим или Джен и Бретт не пригласили бы, все посчитали бы нас мелочными. Но оно твое, наша Швейцария, и поэтому посылает предельно ясное сообщение, что проблема в Бретт, а не в нас.

Лорен крутит между большим и указательным пальцами бриллиантовую сережку и хмурится.

– Да, но я хочу четко дать понять, что не пригласила ее из-за того видео, которое она отправила в Page Six. Не хочу выглядеть так, будто выполняю приказ Джен. Или твой. Хочу, чтобы все знали: у меня с ней свои счеты.

Нас всех что-то связывает с Твиттером. Про Лорен говорят, что она наименее ценна для шоу и поэтому наиболее податлива. Всеми остальными не так просто манипулировать. Это все равно что пытаться расколоть одну кирпичную стену с помощью другой. Мы сильные, но не сильнее друг друга.

– Мы не сомневаемся, что ты ясно дашь это понять, Лор, – уверенно говорит Джен. Лиза с искренней симпатией называет Лорен своим маленьким питбулем. И это так, ее натренировали вгрызаться прямо в горло. Не попадитесь на маску милой шлюшки – когда Лорен приказано вонзить во что-то зубы, она вгрызается до потери пульса.

– Сейчас самое лучшее время собраться вместе, – говорит Джен, ее взгляд становится рассеянным и мечтательным. Она почти прикончила свой джин с капустным соком; где-то от зависти помирает Снуп Дог. – Она изначально нравилась всем по одной причине – потому что была бедной. В этом сезоне зрители отвернутся от нее, с нашей помощью или без. Лучше оказаться на правильной стороне.

– Но мы будем выглядеть бессердечными? – Лорен с тревогой покусывает губы. – Отказавшись от Марокко? Нет, я тебя слышала, про бедность и все такое. Но она же уберегает двенадцатилетних девочек от изнасилования. Это очень сложно побить.

– Нужно просто убедиться, что наше запланированное путешествие будет включать благотворительный аспект, – уверенно говорю я.

– И что это будет? – совершенно справедливо смеется Лорен.

Я собираюсь сказать, что Австралия – для выпуска там мемуаров, а Джен собирается назвать Лос-Анджелес – для открытия новой точки Green Theory, оба предложения, уверена, занимают важное место в списке гуманитарной деятельности, но собаки начинают лаять. В замке проворачивается ключ, и в дверь вваливается Иветта с двумя огромными пакетами с продуктами.

Она наступает на пятку правой туфли своей левой и вытаскивает ногу. Иветте Гринберг приходится снимать обувь в квартире Джен, а мне нет. Укажите это на моем надгробии.

– Мам! – кричит Джен и торопится помочь. Мы с Лорен следуем за ней.

– Я не инвалид! – Иветта разворачивается, прижимая к себе пакеты и поворачиваясь к нам спиной. Ее блузка намокла от пота между лопаток. – Я справлюсь. Возвращайтесь к вину. Время обеда.

– Не хотите бокал, мисс Гринберг? – предлагает Лорен.

– Я прямо отсюда поеду на тренировку, иначе бы не отказалась.

Джен мрачнеет. Иветта тренируется в SPOKE.

– Я думала, ты придешь завтра, – шипит Джен, следуя за мамой, когда та переступает через решетку манежа.

– Нет, – отвечает Иветта и ставит пакеты на островок, Пекан и Кешью подпрыгивают до ее колен. – Я завтра поеду на Восточное побережье.

– Но сегодня приходили уборщики.

Иветта стонет, что-то вспомнив.

– Открытый показ.