Умный, он весь в делах, весь в проблемах, весь в доходах. А глупая любовь – это же сплошные убытки. Умные – хорошеют, а глупые – убивают себя любовью. И все же мы не такие дураки, мы не хотим быть умными, потому что нам нравится любить. И нет ничего прекраснее этой глупости!
Дело было в сельской местности. Пошли с женой в магазин. Я у входа стою, жду жену. Подходит в дупель пьяный мужик, встал перед входом и задал самому себе совершенно гамлетовский вопрос:
– Идти или не идти?
Все вокруг сразу оживились. Один закричал: «Иди», другой: «Не иди!» Третий: «Да иди ты!»
Мужик решил не ходить, повернулся к женщине, которая тут же у входа продавала хлеб. У нее ничего, кроме хлеба, не было. Он подошел к ней и спросил: «Скажи, у тебя что-нибудь, кроме семечек, есть?»
Она сказала: «Семечек нет».
На этом их разговор закончился.
Я иногда думаю, что вокруг идет пьеса театра абсурда.
Ионеско и Беккет могут отдыхать.
Бессмысленные вопросы, идиотские ответы, абсурдные действия. Как в анекдоте: «В машине не совсем нормальный мальчик и папа на передних сиденьях, а мама – сзади. Мальчик спрашивает:
– Папа, а где мама?
– Сзади, сынок.
– Папа, а где мама?
– Сзади.
– Папа, а где мама?
– Да вот она, сзади.
– Мама, а где папа?»
Или такой случай был. В аэропорту. Откладывались рейсы. Мы все ждали. Стояли за столиком, выпивали. Среди нас – летчик в форме. Разлили по полстакана, потом еще по полстакана. После чего летчик сказал: «Все, мне больше нельзя, мне после рейса еще на машине ехать».
Абсурд – он кругом. Я однажды попробовал, на улице задал первому встречному идиотский вопрос:
– Скажите, эта дорога туда идет? – и показал вдоль дороги.
Получил сногсшибательный ответ: «Нет, оттуда». Он прав.
Мне один врач рассказывал. Входит пациентка. Врач говорит:
– Садитесь, пожалуйста.
Она:
– Кто, я?
Он говорит:
– Естественно. Ведь я уже сижу.
Она садится. Он говорит:
– Фамилия.
– Чья, моя?
– Естественно. Свою-то я ведь знаю.
– Петрова.
– Раздевайтесь до пояса.
– А снизу или сверху?
Зачем ей раздеваться снизу, если он врач «ухо-горло-нос».
Женится новый русский. Администратор ЗАГСа говорит дежурную фразу:
– Согласны ли вы взять в жены гражданку Петрову Раису Васильевну?
Жених в ответ:
– А я чего, блин, сюда шутить пришел?
Этот театр абсурда можно наблюдать на всем постсоветском пространстве.
В Одессе:
– Скажите, как пройти к морю?
– Откуда я знаю, я с работы иду.
Это не юмор, это – образ мышления. В Баку в кондитерском отделе гастронома продавались конфеты «Гусиные лапки», а на ценнике было написано «Лапки Гуссейна».
На окраине Ташкента в магазине на прилавке продавались трусы. На них было написано «Турус женский». А рядом трусы с панталонами, и там надпись – «Турус с рукавом».
В одном подмосковном городке я видел такой предвыборный плакат: «Наш кандидат Петров – директор бюро ритуальных услуг. Подумайте о своем будущем!»
Мы когда-то гастролировали по Волге. Жили на теплоходе, а на концерты ездили на машинах. И вот везут меня на машине «Волга». Окно открыто. Справа едет «мерседес» с открытым окном. За рулем – новый русский. У него звонит мобильник. Я решил пошутить и говорю: «Если меня, меня нет». Он берет телефон и говорит: «Его нет».
В армии абсурд давно в порядке вещей. Никого не удивляют фразы: «От меня до другого столба» или «Копать от забора до обеда».
Но вот одна история меня все же поразила. Дело было в военно-воздушном десантном училище. Шло ночное занятие по ориентированию. Преподаватель перед строем из тридцати курсантов скомандовал:
– Товарищи курсанты! Прямо перед вами Полярная звезда. Она указывает на север. Задрать головы!
– Товарищ полковник, шапки падают.
Долгая пауза. Потом потрясающая команда:
– Взвод! Десять шагов назад, шагом марш!
Еще один шедевр абсурда. Жизненная история. Охотники на зимовье не знали, чем заняться. Один додумался. Решил приколоться над остальными. Взял патрон с картечью, дробь оттуда высыпал, набил войлочными пыжами, а сверху оставил картонный пыж с надписью «К» – картечь. Потом поспорил с другом на ящик пива, что тот с двадцати метров ему из ружья в задницу не попадет. Знал, что войлочный пыж летит не более десяти метров. Вышли на улицу. Первый отошел на двадцать метров, снял штаны, нагнулся. Второй открывает ружье. Видит картечь, думает: «Так и убить можно». Берет и заряжает мелкой дробью на утку. Стреляет и, естественно, попадает. Ну а дальше им было уже не до пива. Все оставшееся время они выковыривали дробь. Пошутил, называется.
Мы часто спрашиваем, когда было лучше, тогда, при социализме, или сейчас, неизвестно при чем?
Я на этот вопрос отвечаю: «Конечно, тогда, когда женщины были моложе». И нервы были моложе, и руки, и ноги, да все было моложе. А в школе у меня какая любовь была! Меня даже учительница ботаники хвалила за то, что я целуюсь лучше всех.
Раньше медицина дешевле была. Потому что бесплатная медицина всегда дешевле, чем платная.