Начало смеркаться. На часах 16 часов. Прохожих уже почти нет. «Наперсточники» ушли, собрав дневную дань с дураков. Без них стало легче дышать. Решил ещё немного постоять, минут через 15–20 надо будет собираться домой. Вдруг неожиданно за спиной женский голос произнёс: «Петя, …посмотри!». Обернулся. «Ведь это чау-чау, да?!» – спросила женщина, одетая по-домашнему, будто вышла на улицу прогуляться недалеко с мужем. – Да! – Ой, какой хорошенький! Мальчик или девочка? – Мальчик. Возгласы женщины «Ой!» и «Ай!» продолжались минуты три.
Её муж стоял рядом равнодушно, не принимая участия в завязавшемся разговоре. «Петь, давай купим?» – обращаясь к нему, вдруг сказала она. – Ты, зачем сюда (на ВДНХа) пришла? – Стиральную машину купить! «Ну и что?» – продолжал муж. «Нет той, которую я хотела!» – ответила она и продолжила задавать различные вопросы о собаках этой породы. Так в разговоре прошло не менее получаса. «Петь, давай купим!» – снова сказала она, решив, что ответов достаточно, чтобы убедить мужа. «Ты, зачем сюда пришла?» – невозмутимо повторил он свой прежний вопрос. «Стиральную машину купить!» – в унисон ему ответила она.
Расспросы о содержание, кормление, повадке, воспитании, прививках продолжились ещё полчаса. Стало совсем темно, холоднее. Почувствовал, что сильно промерзаю. Всё хватит, пора домой. Щенка жалко. Умница! Весь день вёл себя превосходно. – «Петя, ну возьми его на руки!» Он нехотя подошёл. Щенка взял как молодой папа своего первенца в роддоме, держа его почти на вытянутых руках. «Петя, ну повернись ко мне!» – попросила жена. Он медленно развернулся в её сторону. «Петь, он же на тебя похож! Всё, берем!» – тут же воскликнула она. Взяв щенка на руки и пытаясь его запихнуть под полу меховой куртки, она, решительно не оглядываясь, пошла к метро.
Петя, молча, помогал мне собрать вещи. Догнали мы её у входа в метро. Предложил зайти в него и там, в тепле, рассчитаться. Женщина сказала, что столько денег у них с собой нет. Предложила пройти к ним домой и там отдаст деньги. «Мы живём здесь рядом. Вон там!» – показала она рукой на дом у гостиницы «Космос».
По подземному переходу мы вышли на противоположную сторону проспекта Мира и направились к дому. Пока шли, женщина вслух мечтала. Как она утрёт нос соседу, живущему над ними, известному артисту, у которого есть чау-чау. Как будет ездить со щенком на трамвае в Останкино, где в парке у озера есть собачья площадка. Как будет дрессировать своего питомца, чтобы он её охранял. В этой связи сказал новой хозяйке, что среди собратьев купленный ими щенок настоящий «боевик». У него крутой нрав и агрессивности больше чем нужно. Он только с виду добродушный увалень. Охранять любимого хозяина будет и без дрессировки. Это заложено в чау-чау природой. Если он пошёл в атаку, то никакая команда его уже не остановит, хоть оборись. Поэтому некоторые считают чау-чау не дрессируемой собакой. Правда, ему далеко до овчарки. Но при правильной дрессировке команды общего курса он выполняет хорошо. Только не надо на него кричать и торопить, тем более ругать. Он себя уважает, ему нужен запас времени, чтобы «до него дошло, что вы от него хотите».
За разговором подошли к дому, увешанному мемориальными досками. Миновав арку, попали на большой двор. «А вот и наш подъезд», сказала новая хозяйка. Поднялись в квартиру и только, войдя в неё, она опустила тяжёлого щенка с рук. Мы познакомились поближе. Щенка купила семья московских интеллигентов. Муж хозяйки – заслуженный деятель науки, доктор, профессор, 65 лет, ещё работал. Его жена, научный работник со степенью, около 60 лет, выглядела моложаво, крепкая, подвижная, скучающая пенсионерка. Жили они вдвоем в квартире площадью около 60-ти метров. Большая комната – кабинет хозяина, по стенам книжные шкафы до потолка, у окна большой красивый письменный стол с креслом. Большой кожаный диван был его кроватью, на нём он спал. На потолке строгая люстра, пол паркетный. Вторая меньшая комната – спальня хозяйки с большой кроватью. «Вот здесь он будет спать!» – подойдя к своей кровати, указала она место на полу у изголовья. Дал последние советы. Обменялись телефонами и адресами. Уходя, обнял на прощание своего любимца.
Встретились вновь, когда щенку исполнилось 6 месяцев. Он терпеливо позволил себя обмерить. Мне показалось, что он меня узнал. Поверив в это, попытался его поцеловать в щеку. Моя голова оказалась в его пасти. Прижал клыками аккуратно, оставив только пару царапин. Дал понять, что с любимым хозяином он определился!