Мы посмеялись.
– Возьми меня с собой, когда пойдёшь выяснять, живёт ли она в доме этого мужика, – попросила я. – Я посижу в машине, чтобы меня не заметили. Припаркуемся подальше.
– ОК, пойдём вместе.
– Когда пойдём?
– Завтра, чего откладывать. Мне самой интересно, что происходит.
– А как ты сама думаешь, кто она такая?
– Ведьма, кто ж ещё, – засмеялась Алиса. – В лучшем случае фея.
Да нет, не ведьма и не фея, но я ничего не сказала, а то Алиса решила бы, что я свихнулась. Моя догадка о Лори слишком невероятна.
Я вскочила спозаранку, чтобы успеть наплаваться до того, как пляж будет переполнен. Постояльцы отеля – народ ленивый, выползают из номеров, когда солнце уже на полпути к центру неба и жжёт так, что хоть караул кричи. Права Алиса: мексиканское солнце – это пожар. А отдыхающие, недооценивая его мощь, укладываются на лежаках и жарятся до одурения, пока не испекутся. Моя мама тоже едва не сгорела. В первый же день надела мини-купальник, кошачьи чёрные очки и разлеглась на топчане. «Не надо!» – отмахнулась она, когда я протянула ей защитный крем. Вскоре она сообразила, что превратится в головешку, и спряталась под соломенный навес. В купальнике она выглядит потрясно, тело у неё подтянутое. Мужчины то и дело зыркают на неё. Нас там принимают за подружек и пристают: «Давайте сходим в бар или на танцульки». Однако мама, хоть и кокетничает, ни с кем не хочет знакомиться. Так она говорит, а сама шарит глазами по сторонам, и её ищущий взгляд задерживается не на тех, на ком следовало бы, – на самовлюблённых манекенах типа Марка. Это меня расстраивает.
Отель, где мы остановились, небольшой, всего тридцать номеров, и без особых развлечений. Зато уютный, тихий, отличается от суматошных отелей-муравейников на побережье. Я его выбрала согласно маминым пожеланиям. Сама я предпочла бы что-то повеселее, но не возражала. Для меня важна не гостиница, а отпуск вдвоём. Теперь мы с матерью реже видимся. Она целыми днями на работе, а я учусь в архитектурном. Из Подмосковья мы перебрались в столицу. Снимаем двушку – не лучшую, но и не захудалую, как раньше. Планируем вскоре купить квартиру, дела у нас налаживаются.
Прихватив полотенце, я отправилась купаться. Наш номер с террасой находился на первом этаже, от него до моря – несколько шагов. На пляже – никого, кроме мексиканца в шляпе-сомбреро. Он, как и я, поднимался ни свет ни заря. Я – чтобы сделать утренний заплыв, пока море принадлежит мне одной, а он – чтобы подготовить пляж для постояльцев: собрать мусор, расставить лежаки и подмести. Он возил метлой по песку, выравнивая его и оставляя на нём длинные полосы вроде следов пылесоса на ковре. Я ему испортила весь труд – прошлась по полосам, украсив их своими следами. Нисколько не раздосадованный, он приветливо поздоровался и снова всё «пропылесосил». Подметание меня забавляло. Чего ради стараться, если сейчас набежит народ и разворошит песок. Но здесь так принято.
Я села на топчан полюбоваться солнцем. Его половина уже вылезла из-за горизонта, а вторая половина появится, когда я буду плыть ему навстречу. Восход здесь – красота. Недаром Тулум называют городом рассвета. Не только небо густо-оранжевого цвета. Море – тоже. Они – как одно целое.
Вдали на стоявшем на якоре плоту сидят пеликаны. Безветренно. Ветер пока прячется в листьях пальм – полукруглых, в складку, как огромные веера. Когда солнце подскочит кверху, листья зашевелятся, захрустят, и из них вылетит ветер. Восход я снимала несколько раз, но не удачно. На снимках море выглядит лужицей, солнце – пятном, а пеликаны – закорючками.
Поездкой в Тулум я загорелась ещё в тот день, когда Алиса рассказала про руины. Не для того, чтобы умолять древних духов выполнить мои желания (хотя стоило бы попробовать!), а чтобы повидать этот городок. Я практически нигде не была, из Питера прямиком рванула в Москву и застряла на одном месте. Даже в Чёрном море не успела искупаться, плавала только в подмосковных речках, а Алиса с детства каталась по разным странам. Мне же довелось их увидеть пока только в Интернете. Её рассказ про Тулум запомнился, и я решила, что обязательно поеду на Карибское море, и именно в этот городок. Накоплю денег, остановлюсь в дешёвом мотеле, хоть в хибарке. Роскошными гостиницами я не избалована, могу питаться одним хлебом с молоком, мне бы только в море окунуться, насладиться им. Оно мне с детства снится. В своих снах я плаваю, ныряю на дно и живу в море, как «человек-амфибия». На днях смотрела этот фильм в Интернете – мать уговорила. Она его часто пересматривает наравне с другими старыми фильмами – в основном душещипательными про любовь, а я предпочитаю современные триллеры и боевики.
