Надо было просто отдать деньги. Друг отдал. Женя – нет. Он надеялся, что грабитель пырнет его ножом и все закончиться. И он пырнул, но не Женю. Друг закрыл его грудью. А потом алый от крови снег. Женя так спешил. Но кровь текла слишком быстро. Липкая. Он был весь в ней. С тех пор он боялся крови. Он пытался повеситься. Мать вытащила его из петли. Психушка. Со временем чувство вины сменилось обретением смысла жизни. Во что бы то не стало, Женя решил жить в память о своем друге. Спустя год он встретил Веру и полюбил ее. Она родила ему дочку. А потом еще одну. И Женя вновь обрел покой и счастье. Он любил ее и она умерла. А потом воскресла, но не она, а эта. Та, про которую он почти забыл. Та, которую возненавидел за эти годы. Что-то нашло на Женю. Он стал все сильнее и сильнее сжимать Марфу в своих объятиях.
– Женя, мне больно. Женя, отпусти меня. Женя! – но Женя не слышал. А Николай просто стоял и смотрел. Все происходящее казалось ему галлюцинацией. Пьяным бредом отравленного алкоголем мозга. Он очнулся, когда было уже слишком поздно. Марфа растаяла в Жениных руках, осыпавшись на пол серым пеплом. И вслед за ней его старшая дочь превратилась в пыль.
– Где она?– спросил, обезумевший от увиденного, Женя.
Николай смотрел на горстку пепла на полу. Сладковато гнилостный запах быстро распространился по квартире. Женя не смог справиться с собой. Он упал на четвереньки и вырвал прямо на пепел, а затем поднял глаза и посмотрел на Николая.
– Мы вернем ее. Обязательно,– пообещал Николай.– Я знаю пару человек, чья жизнь ничего не стоит. Надеюсь, ты не потерял заклинание?
– У меня в кармане,– сказал Женя. Он вставал с колен и вытер рукавом рот.
Ночь тянулась бесконечно долго. Когда друзья вернулись домой, их вновь встретила Марфа. Старшая дочь Жени что-то пыталась объяснить младшей. Марфа убирала Женину блевотину с пола.
– Воскресла,– облегченно вздохнул Женя.– Значит, люблю я ее. По-настоящему. А жену – нет. Интересно, кто воскрес первым.
– Лучше не думать об этом,– сказал Николай.– Главное она снова жива.
Женя кивнул.
– Марфа, уложи детей и не мешай нам,– сказал Женя, будто перед ним стояла прислуга или вещь. Девушка повиновалась.
– Пойдем на кухню. Выпить надо,– сказал он Николаю
– Пошли,– согласился Николай. На улице было холодно, и он немного подмерз.
Женя разлил по рюмкам водку, и они молча их осушили.
– С такой власть в руках можно горы свернуть,– нездоровый блеск в глазах друга пугал Николая все больше и больше.
– Жень, остановись,– сказал Николай.
Женя поджал губы и наполнил рюмки по новой.
– За здравие живых и воскрешение мертвых,– выпалил он тост и осушил рюмку. Но водка не брала его. Тогда он схватил бутылку и выпил ее до дна. Николай пристально, не шевелясь, смотрел на друга.– Пей,– резко сказал Женя и с силой кинул пустую бутылку в дальний угол кухни, так что она разбилась в дребезги.
В дверь настойчиво постучали. Женя вздрогнул. Он вышел из-за стола и пошел открывать.
– Да,– услышал из кухни Николай.– Да, мы всю ночь здесь… Жена умерла, вот поминаем… Заходите лучше. Помяните с нами…– двое мужчин по форме зашли на кухню.
– Коль, это из следственного отдела,– предупредил Женя.– Тут на меня баба заяву накатала. Говорит, я в дом ворвался и ее мужа в пепел превратил. Прикинь.
–В пепел?– притворно удивился Николай.– Да ты у нас в пироманьяки заделался. И когда ты успел, я в туалет на минуточку отлучился,– он усмехнулся и протянул руку сотруднику.
– Привет, Колян,– сказал тот, и они обнялись.
– Где бы еще встретились. Садись Володь. Помянем,– сказал Николай.– Это кто с тобой?
– Стажер. Ввожу в курс дела,– ответил Володя.
– Как звать?– спросил Женя.
– Федя,– ответил стажер.
– Садись Федя. Помянем жену мою,– сказал Женя.
– От чего же не помянуть хорошего человека,– сказал Федя и сел рядом Володей.
– Когда умерла то?– спросил Володя.
– Три дня назад. Сегодня похоронили,– сказал Женя.
– А че не позвали. Сотрудники все-таки. Помогли бы,– Володя с укоризной посмотрел на Николая.
– Да сам понимаешь. Горе. Все в голове не удержишь. Кто пришел, тот пришел,– ответил Николай.
– И то верно,– согласился Володя.
– Давайте выпьем мужики,– сказал Женя, ставя на стол еще два бокала.
– Разливай,– сказал Володя.– Как жену то звали?– спросил он, пока Женя наливал водку по бокалам.
– Вера,– слезы навернулись на Жениных глазах.
– Упокой господь ее душу. Пусть земля ей будет пухом,– сказал Володя и все четверо выпили.
– А от чего умерла?– поинтересовался Федя.
– Тромб оторвался,– ответил Женя.
– Да уж,– сочувствующе сказал Володя.
– Ну что, еще по одной,– предложил Женя, разливая остатки бутылки.
– Можно,– одобрительно сказал Володя.– Давайте скажем за здравие живых. Чтобы не было больше горя в этой семье. Здоровья хозяину дома и его близким.
Женя достал новую бутылку.
– Вы закусывайте, мужики,– сказал он гостям.
– Да мы может, пойдем. Служба, сами понимаете,– сказал Володя.
– Служба службой, а помянуть надо,– возразил Женя. Он снова захмелел. Да и гостей разморило с мороза
– Надо, так надо,– кивнул Володя. И они выпили по третьей, уже без тостов.
