В общем, если коротко пересказать историю сеньора Жозефа, то его путь в революцию выглядел следующим образом. Антикварная деятельность, столкновение с предубеждением к черным эльфам, затем с высокомерием высшей знати (богатым аристократам плевать на небогатых дворян), полгода в тюрьме только за ответ на оскорбление. Ненавистью Жозеф не воспылал, но когда познакомился с тогда еще не товарищем Речником, а скромным юристом Виктором, то сразу понял, что это его шанс расквитаться. Черноэльфийские предки, несомненно, одобрили бы такую месть.
Расчетливый ум товарища Речника уже создал подробную и четкую схему революции, меняющей весь расклад сил в стране. В принципе, для Димки ничего нового не было: революционная ситуация, когда простолюдины уже устали от дворянского произвола, дворяне полагают, что простолюдины слишком о себе возомнили, а власть предержащие считают, что все в порядке и менять ничего не нужно. В этой мутной водичке создается ядро единомышленников, тех самых товарищей, которые ведут пропаганду, привлекая в свои ряды все больше и больше сторонников, создаются партийные структуры на производствах и в городских кварталах, привлекаются студенты — горючий материал для любых заварушек. Потом в удачный момент — как говорится, «вчера было рано, завтра будет поздно» — массовые выступления, сопротивление властям и свержение короля.
Как и предположил Димка, что делать дальше, революционеры представляли себе смутно. С одной стороны, короля свергали не для того, чтобы ставить нового, с другой — кто-то ведь должен управлять государством. Товарищ Речник не был настолько простодушен, чтобы считать, что все как-нибудь само собой образуется, но и четкого плана действий после захвата власти у него не было. То ли не до того, то ли, как предположил Димка, ума товарища Речника хватило настолько, чтобы понять, что любые планы дальше часа в условиях бардака, красиво именуемого «революционным подъемом масс», просто бесполезны. Как формировать новые органы управления, что делать с дворянами, со старыми деньгами, паспортами, документами, что делать с церковью — все это было отложено на «после победы». Определенная логика есть: победим — разберемся, а проиграем — все планы без толку.
В общем, до революции — четкий план, после революции — туман и хаос.
— Хорошо, — выслушал рассказ товарища Кузнеца господин Шарль, — теперь давай уточним кое-какие подробности. Деньги откуда?
Жозеф внимательно взглянул на господина Шарля.
— Без денег, — проигнорировал взгляды господин Шарль, — не делается ничего и никогда. Где вы брали деньги?
— Во-первых, пожертвования партии…
«Партвзносы», — перевел Димка.
— Во-вторых, мы организовали группу… хм… изымающую средства у богатых…
«Экспроприация. Погодите, погодите…»
— Группу? — заинтересовался господин Шарль. — Уж не Летучего ли Мыша?
— Да. — Грабежей сеньор Жозеф не стеснялся так, как возможной подставы друга. — Вы ведь их уже арестовали?
— Арестовали? — медленно произнес господин Шарль. — Вы что, не знаете? Ваши люди были отравлены. Отравлены мышаном, который связывал их с Хозяином.
— Кто такой Хозяин?
Димка и господин Шарль переглянулись.
— Разве вы общались с Летучими Мышами не от имени Хозяина?
— Нет. С ними общался только товарищ Камерник, высокий мышан, через своих доверенных людей. Возможно, для конспирации он и представлялся Хозяином, я не могу сказать.
— Что тебе известно о Сапожнике?
— Сапожник? Убийца девушек? Говорили, что их убивает королева. Мы еще искали убийцу, чтобы… Чтобы казнить.
— Были ли у вас связи с военным министром?
— Зачем?
— Для того чтобы вызвать в столицу войска.
— У нашей партии нет людей в войсках.
— Возможно, ты просто не знаешь?
— Если я не знаю подробностей работы каждого товарища, это не значит, что мне неизвестны такие вещи.
— Интересно, — господин Шарль задумался.
«Странно, — подумал Димка, — что-то тут какая-то путаница. Сапожники подчинялись Хозяину, Поджигатели — Хозяину, а Летучие Мыши — партии. И со всеми тремя группами общались через мышанов. Или я чего-то не понимаю, или… Или».
Димке пришла в голову мысль, связывающая все обстоятельства в один узелок. Высокий мышан и есть Хозяин.
Похоже, такая же мысль посетила и господина Шарля.
— Жозеф, хочешь, я угадаю одну вещь о вашей партии.
— Какую? — настороженно поднял уши черный эльф.
— У вас был еще один источник денег. Некий человек, который не хотел себя называть либо называл себя, скажем, Другом. Он давал большие суммы и общался с ним только товарищ Камерник.
— Откуда ты знаешь?
— Насчет Друга я угадал?
— Да. Но откуда?
— Жозеф, ты приходил ко мне, только чтобы покаяться в своем невольном соучастии в моем убийстве?
— Нет. Чарльз, с моей стороны это прозвучит нахально…
— Помогу. Ты ведь хотел, чтобы я вывез тебя из города.
— Да. У нас есть свои пути, но я не уверен.
— Свои пути? Это случайно не для вашей партии ввозилось контрабандное оружие?
— Да.
— Много?
— Я не знаю. Этим занимался…
— Товарищ Камерник?
— Нет. В этот раз ты не угадал. Товарищ Мостовой.
— Это второй мышан?
— Да.
Господин Шарль немного подумал:
