— Прошу тебя… — она умоляла его, в то время как его губы уже вновь наслаждались ее каменными сосками, периодически впиваясь в белоснежные небольшие груди. Округлые бедра дергались все сильнее и чаще, и она уже сама потихоньку пыталась начать тереться об него, позволяя его пальцам скользнуть в ее складки и напомнить ей о той буре, что только ожидала их. Бетти мягко приподнимала и опускала бедра, чуть шершавые пальцы погружались все глубже, губы ласкали девичью шею, обдавая ее багряным дыханием.
ЭфПи III прижал два пальца внутри нее к стенке ее влагалища и начал делать круговые движения вместе с большим пальцем, ласкающим ее клитор, чувствуя, как блондинка дергается от любого его движения, точно самый чувствительный прибор на свете. Внезапно его поцелуи почти стихли и губы прижимались редко, но очень мягко, напротив того контраста, что творили пальцы, каждый раз, раз за разом и круг за кругом, набирая обороты и силу, приближая ее к пылающему и сжимающему изнутри оргазму. Ее внутренности стянуло, а горло сдавило, лишив кислорода. В глазах начало темнеть, когда она, поднявшись в экстазе, пыталась что-то прохрипеть.
Мгновение, продолжавшееся вечность, заполнилось ею полностью, и девушка откинулась на простыни в полном изнеможении, не в силах даже раскрыть глаза. Спустя несколько минут, она собрала все свои силы и начала движение своей рукой по его груди, спускаясь к животу, все ниже и ниже…
— Не стоит, моя милая, все это было только для тебя, — прошептал Джаг, любуясь чарующими капельками пота на ее лбу. — Возвращайся в сон, — и блондинка не стала спорить с ним, ведь как только она моргнула, чтобы одарить его своим благодарным взглядом, в следующий раз ее веки раскрылись лишь через несколько часов, когда на часах было уже 10 утра.
***
Проснувшись, Бетти обнаружила себя в полном одиночестве и, встав, на секунду подумала, что это был лишь прекрасный сон, однако ощущения внизу живота напомнили ей о том, что это была та самая, волшебная реальность. Войдя в ванную и закинув в стирку все домашние вещи, она решила просто переодеться в другую пижаму и так и ходить в ней весь день. Пройдя на кухню, она внезапно столкнулась с полуобнаженным Джагхедом, что-то увлеченно листающим в телефоне.
— Эй, парень, взгляни-ка, у меня тут на кухне что-то делает полуобнаженный мужчина, — проникновенно улыбнулась девушка, взъерошив ему его черные как смоль волосы. — И знаешь, я думаю, что он мне чертовски нравится, — тотчас же Форсайт уставился на нее.
— Он и вправду такой сексуальный? — прищурился он.
— Мммм, ты даже понятия не имеешь, насколько, — жарко вздохнула Купер, подойдя к нему и обхватив его вокруг его точеной талии, уткнулась своими личиком в его теплое, словно домашний котик, тело. Он обхватил ее руками и, прижав к себе еще крепче, поцеловал.
— Все в порядке? — в его берилловых глазах была настоящая тревога за нее.
— И ты еще имеешь наглость задавать подобные вопросы после того, как прекрасно усыпил меня утром? — глупо хихикнула она. — У меня все просто великолепно, — Джагхед усмехнулся и погрузился в ее волосы, упиваясь ароматом ее тела.
— Я серьезно вообще-то.
— Да, конечно, — заверила его блондинка и слегка привстала на цыпочки, чтобы поцеловать этого подозрительного и страстного брюнета. — Я просто хочу провести весь этот день с тобой. В этой пижамке. Это же нормально?
— Думаю, что это отличная идея, — улыбнулся расслабленный юноша. — Ты не голодна? Я думаю, что яичница с беконом будет прекрасным продолжением твоего утра, — и он заправским жестом лихо подкрутил несуществующий ус.
— Окей, посмотрим на что ты способен, — продолжала раззадоривать его Элизабет.
— Может быть, тогда начнем с кофе? — Джагхед, тут же подойдя к кофеварке, сварил ей кофе, запах которого мгновенно вскружил голову. Она улыбнулась, когда он вручил ей кружку с бодрящим напитком и пошел к раздвижным дверям на балконе, постоянно оглядываясь назад и махая ей рукой, чтобы она следовала за ним. Это был прекрасный осенний день, и Бетти, прислонившись к уже прохладным перилам балкона, меланхолично вглядывалась вдаль, приподняв лицо и пытаясь поглотить все то тепло и свет, что давало уже ослабевшее осеннее солнце. Она так увлеклась этим, что не заметила, как Джаг, стоящий рядом, переместился позади нее и обвил ее руками, прижав ее к своему слегка костлявому торсу.
— Сегодня такая прекрасная погода, может быть, мы могли бы сходить на прогулку? На ланч, в то самое кафе, — преувеличенно равнодушно предложил парень, но дрогнувшие скулы выдали его желание отведать старой любимой еды.
— Это значит, что мне придется расстаться с пижамкой? — девушка подняла на него свои грустные светло-синие глаза, которые, казалось, вот-вот расплачутся. — Впрочем, мне нравится! — и всемирная боль и грусть в ее зрачках мгновенно сменилась огненными чертиками. — Я готова на это!
— Ну тогда, мы можем пойти туда вечером, и, таким образом, мы весь день будем в пижамках и ничего не нарушится, — Джаг полностью повернул свою собеседницу к себе лицом, чтобы ей не было неудобно, и потянул ка себя.
