— Ох. А если бы я хотел сегодня провести весь день в пустой квартире? Потом пойти на работу и тусить с подвыпившими нимфами, и через несколько часов вернуться домой совершенно вымотанным, увидеть тебя в кровати, воспрянуть духом, за десять минут вместе пройти все стадии плотских утех и очнуться в завтрашнем дне, — его глаза дернулись, покрывшись мечтательной дымкой.
— Ты ведь обычно спишь до полудня, а потом пишешь свои повести? — усмехнулась Бетти. — Ты знаешь, возможно, тебе и вправду будет лучше без меня, — и девушка начала медленно отодвигаться от него.
— Детка, о каком сне ты говоришь, я бы бросил все ради тебя, — тут же парировал парень, вдавив ее в кровать и остановив это движение.
— Ну ладно, это действительно мило, я передумала, — вздохнула она, грациозно качнув своими прекрасными кудрями с медным отливом света на них. Джаг завороженно проследил за ними взглядом, но едва они вновь коснулись подушки, одарил ее шею и плечи жгучими поцелуями, впиваясь в мраморную кожу, словно те самые зайчики света. Внезапно Элизабет отодвинулась. — Могу ли я тебя попросить кое о чем?
— Конечно же, — твердо ответил юноша, не раздумывая ни секунды.
— Вчера… — ее голос пронзительно задрожал, — Ты сказал, что влюбился в меня в тот момент, когда в самый первый раз пришел ко мне в магазин, чтобы пригласить меня на обед и увидел, что я восхищаюсь тем столом. Это правда? — тихо закончила она, скромно потупив взор своих цвета талой воды, глаз. Джонс усмехнулся, и, высвободив затекшую руку, подпер ею свой волевой подбородок.
— Я что-то почувствовал в тебе еще в тот момент, когда ты только-только открыла мне дверь в свою квартиру. То, что моей соседкой будет такая дама, как ты — просто сводило меня с ума, и я не знал, что мне делать и как поступить, — натужно усмехнулся он, видимо, вспоминая все те эмоции. — Уже заселившись и увидев ту самую приветственную записку от тебя, я буквально вознесся на само небо. И оказался возле ангела. Такого милого и прекрасного. Затем, мы начали знакомство ближе, и ты была настолько милой, настолько прекрасной, настолько очаровательной, что мое сердце, очерствевшее от прежних людей, было окутано новыми ощущениями. Когда я пришел к тебе в магазин, и ты заговорила о том столе с такой нежностью, с таким восхищением… Мое сердце застучало, словно бешеное, а в голове была лишь одна мысль: я должен тебе его подарить, — с улыбкой признался Джагхед.
— Так значит, все твои прикосновения ко мне, весь этот флирт…. Все было не просто так? — девушка ехидно ухмыльнулась, наслаждаясь тем, как покраснел ее парень.
— Я уже не мог держать себя в руках, мои эмоции буквально выворачивали меня наизнанку.
— А когда я заставила тебя пойти на то двойное свидание? — она положила руку ему на шею, мысленно отмечая, как напряглись поджилки, и отчетливо застучала сквозь тонкую кожу сонная артерия.
— Я был зол, был в отчаянии, — признался Форсайт. — Я хотел тебя, и я был уверен в том, что и ты испытывала те же чувства ко мне. Но этот страх… Ох. Как он нас сковывал и парализовывал… Боязнь сделать что-то не так, совершить ошибку. Я пошел только потому, что я был зол. Не только на тебя, но и на самого себя, и прежде всего и на Арчи, который «очень вовремя» пришел к нам, — его ногти вонзились в кровать, руки сами сжались в кулаки.
— Прости меня, — жалобно пролепетала Бетти, не ожидая такой бурной реакции и впервые увидев свои поступки в ином свете.
— Но потом, после свидания… — парень мягко переместился к ней по кровати, оставляя после себя неглубокие вмятины на белоснежном покрывале. — После того, как ты зашла в мою комнату и залезла ко мне под одеяло, — его глаза затянулись пеленой жгучей страсти. — И я смог заставить тебя получить оргазм, даже не прикасаясь им…. — его руки в это время порывисто приподняли женскую футболку, и Форсайт впился поцелуем в бледную кожу этого ангела, словно вампир в последнего человека на земле.
— Но ты оказался лучше меня, — всхлипнула она, — Ты оказался сильнее меня и смог меня принять. А твои губы… — девушке пришлось замолкнуть и выгнуться в небольшом хрипе, когда его поцелуи дошли до ее затвердевших сосков. — Как и тогда… — ее стоны становились громче, — твои губы… — парень оторвался от ее груди и, грубо на нее навалившись, заткнул ее рот поцелуем, втягивая ее губы до предела, словно пытаясь отпечатать их на своих. — Еще… — жарко выдохнула Купер, несмотря на то, что их вчерашняя ночь еще отзывалась во всем ее теле сильной, но сладкой болью, когда он прикасался к ней чуть сильнее, чем следовало бы.
— Ты само совершенство! — пробормотал Джагхед, оторвавшись от пухлых губ, и полностью стянул майку, медленно выстилая дорожку из поцелуев к набухшим соскам. Чуть сместившись с девушки, он дерзко протянул свои пальцы к ней между ног, поддразнивая и ощущая, как ее формы напрягаются и словно резонируют в ответ на его мысли.
