— О чем вы там шепчетесь? — языку, похоже, надоело ждать. — Что мне передать вождю?
— Что я готов сразиться с ним! — выпятил грудь Шарлотт.
Тут даже дождь немного стих, чтобы не мешать разлившейся над деревней гробовой тишине. Орк с минуту ошарашено глазел на лепрекона, после чего расхохотался так, что аж схватился за живот.
— Нет, — язык смахнул выступившие от смеха слезы, — наш вождь не замарает свою честь в бою с недомерком.
Не успел Шарлотт понять, обижаться ли ему или радоваться, заговорил Загрид:
— Я мэр Лазурной Дымки. Это соседняя деревня. Я готов…
— Не интересно, — махнул лапой орк. — Во-первых, ты старый, а во-вторых, жди своей очереди. И до вас доберемся. — Язык обвел защитников Лесных Далей внимательным взглядом. — Есть среди вас кто-то достойный? Надо, чтобы имелись великие подвиги, росту приличного, и чтобы не женщина.
— Ты еще кастинг устрой, — фыркнул я.
— Чего? — не понял зеленокожий.
Объяснять что-то твердолобому громиле не особо хотелось, поэтому я вернулся к теме обсуждения:
— Скажи лучше, что будет, если ваш вождь проиграет этот поединок чести?
— Он не проиграет, — покачал косматой головой язык.
— И все же.
— Тогда мы сложим оружие и покинем эту землю, — орк сплюнул себе под ноги. — Но наш вождь никогда еще не проигрывал.
— Все когда-то случается впервые, — ругая себя за глупость, я развел руки в стороны, позволяя парламентеру себя рассмотреть. — Что скажешь, гожусь в противники твоему боссу?
— Мелковат, — орк поморщился, — но лучше, чем коротышка и старик. Ты правишь этим племенем?
— Да ни в жизнь. Делать мне больше нечего.
— Он наш военачальник! — встрял Шарлотт и шепнул мне. — Нираиада просила потянуть время. — Откашлявшись, лепрекон снова повысил голос, обращаясь к переговорщику. — А еще он победил дракона.
— Дракона⁈ — Язык недоверчиво усмехнулся. — Сказки.
— Он победил его и забрал детеныша в качестве символа победы. — Продолжил уговаривать орка мэр.
— Докажи. — Потребовал дипломат, который легко пожал бы от груди килограмм, так четыреста.
— Гаврюша, — негромко позвал я.
Детеныш дракона тут же выскочил из-за баррикады и оскалил клыки, глядя на орка плотоядным взглядом. Будь на то его воля, упрямая рептилия попыталась бы даже куснуть злодея, но не посмела ослушаться моего мысленного приказа.
— Ждите. — Велел нам язык и пошел обратно к своим.
Нираиада, Тисанси и Адалинда куда-то подевались. Остальные защитники деревни бросали на меня тревожные взгляды, под которыми становилось довольно неуютно. Мне даже захотелось прикрикнуть на собравшихся, но им и без моего участия было не по себе.
Все хранили молчание.
Наконец, орки и гоблины двинулись вперед. Но оружия никто из них не поднимал. Они выстроились полукругом у входа в деревню и стали колотить оружием о щиты, топать ногами. разбрызгивая грязь, и издавать ритмичные гортанные звуки. И пусть все это представление выглядело довольно многообещающим, ничего хорошего для нас оно не сулило…
Что бы там ни задумала Нира, лучше ей поторопиться.
Армия захватчиков остановилась метрах в пятидесяти от нас.
Язык сделал три шага вперед и вскинул руку. Орки мигом замолчали и расступились в стороны, пропуская громилу настолько здоровенного, что мы с ним рядом смотрелись бы, как слон и Моська.
Да у этого вождя одна ляжка весила, как я целиком с одеждой и Гаврюшей на плечах! В драке с таким работает лишь одно правило: одна ошибка, и ты ошибся. Причем эта самая единственная ошибка — согласие драться с этой машиной смерти.
И я согласился.
Теперь поздно пить Боржоми.
— Наш владыка принимает твой вызов… эм… — язык озадаченно моргнул и взглянул на меня. — Как тебя там?
— Злой. — Отозвался я.
— Злой… и все? — не унимался орк.
Шумно вдохнув и выдохнув, я скрипнул зубами и добавил:
— Теперь очень злой.
Пожав широченными плечами, язык заговорил голосом настолько зычным и звенящим, словно объявлял бойцов перед схваткой в каком-то именитом промоушене.
— Да начнется бой Теперь Очень Злого против величайшего воина всех времен и народов, несокрушимого, непобедимого, могучего, безжалостного сокрушителя и непревзойденного уничтожителя, владыки всего…
Пока язык перечислял его титулы, вождь с закрытыми глазами и разведенными в стороны лапищами наслаждался услышанным, кивая в такт словам. Мне же ждать надоело, так что я, коротко замахнувшись, швырнул огненный шар на манер снежка, метя точно под ноги зазнавшемуся владыке всего и вся.
— В поединке чести нельзя пользоваться магией, — предостерегающе зашипела Ярра.
Это всерьез осложняло ситуацию.
— А чего никто не предупредил?
— Думала, ты знаешь, — спокойно ответила жена мэра.
— И откуда я должен знать обычаи орков?
Ярра наморщила лоб и выдала:
— А ведь и правда…
— Хорошо, что я только припугнуть решил.
— Ага, — кивнула Ярра.
— … воитель, победивший рыцаря Альбрехта, сэра Парсиваля и магистра войны Дункана, — тем временем продолжал надрываться язык, неотрывно глядя на пущенный мной и приближающийся по широкой дуге огненный шар. — Тот, кто сокрушил хребет Зверя из Заречья, вырвал сердце Змея из Лощины и…
