Призрак, видимо решив, что его обет молчания начался здесь и сейчас, ничего не сказал и покинул дом прямо сквозь дверь. Люциан же, наоборот, пожелал мне приятных снов и вскоре засопел с чувством выполненного долга.
Ко мне же сон никак не шел. Явилась лишь его близкая соратница — беспокойная дрема, когда ты и не бодрствуешь, но и не отдыхаешь. Дрянь, одним словом.
Поначалу я вообще принялся замечать параллели между собой и Черным охотником. Но так как мне никогда не нравилось принимать собственные недостатки и глазеть на себя со стороны, эти мысли быстро отправились в самые далекие углы подсознания. Пока я ногами тщательно их туда упихивал, сам не заметил, как все же уснул… спустя битый час самокопаний.
Теперь сон уже накрыл меня с головой.
Сквозь сомкнутые веки я видел, как потолок дома растворяется, распадаясь клубами дыма. Из них вылетел огромный дракон и огласил округу диким ревом. Убежать у меня не получалось: тело не слушалось, словно из-за сонного паралича, коим я никогда не страдал. Но и бежать было некуда — все кругом обратилось непроницаемым дымом.
Из клубящегося мрака зазвучали голоса. Знакомые и нет. Из прошлой жизни и из настоящей. Их были сотни, они переплетались, словно недавно увиденные корни в норе совуха, и из-за этого сплетения не получалось понять ни слова. Вскоре голоса стали какофонией звуков, которую вновь разметал рев чудовища.
Дракон летал прямо надо мной, закладывая круг за кругом и постепенно снижаясь. Чем ближе он становился, тем более ничтожным казалось все вокруг и я сам. Мрак забурлил, поднял меня и понес прочь нескончаемым неистовым потоком. Дракон летел следом, поливая сверху льдом и пламенем. Меня то бросало в дрожь, то прошибало жаром. Но тварь не собиралась заканчивать охоту, она предпочитала играть в кошки-мышки.
Хотя меня совершенно не заботило кто и что там предпочитал.
Незнакомые голоса пропали из нестройного хора. Остались лишь те, кого я знал в этой жизни. Их слова стали ясны. Они молили о помощи.
При помощи силы воли мне удалось остановить беснующийся мрак и выпрямиться в полный рост. Голоса сместились за мою спину и зазвучали громче. Дракон стремительно приближался, но теперь мой образ не уменьшался, а, наоборот, увеличивался.
Миг — и мы с крылатым чудовищем бросились друг на друга, как Кинг Конг и Годзилла. Правда, у грозы Японии крыльев не имелось, да и я был чуть симпатичнее обезьяны, но за исключением столь мелких деталей, в целом, все совпадало.
И вот, за секунду до того, как мы с драконом сцепились в смертельном бою, мрак разорвал зычный голос.
— Пора вставать. Солнце скоро взойдет.
Я распахнул глаза и резко сел. Ощущения были такими, словно и не спал вовсе. Да еще и ерунда всякая снилась… Надо завязывать со всей этой драконской темой. Вот выращу Гаврюшу, отпущу на волю и больше никаких драконов. Никогда и ни за что.
Все.
Решено.
— Рассвет уже близок. Времени мало, — осторожно произнес Черный охотник, то и дело поглядывая сквозь мутное окно, на постепенно отступающую ночную тьму. — Слова своего не нарушите?
— Злой всегда держит свое слово, — заявил Люциан таким тоном, будто это являлось исключительно его заслугой.
— Так может он сам мне об этом скажет? — призрак уставился на меня.
— Он не скажет. — Я покачал головой. — Он сделает. Все на выход.
Быстро собрав вещи, мы вышли из домика. Дождь прекратился, но, судя по скользящим в просветах между деревьями тучам, его возобновление — лишь вопрос времени. Паршиво, но ничего не поделаешь.
— Давай, — скомандовал мне Люциан, уже жевавший зажаренную вчера рыбу, — жги!
— Ты бы еще попкорн приготовил, — я покачал головой и щелкнул пальцами прежде, чем бард успел спросить, о чем речь.
Домишко охотника вспыхнул, словно спичка. Неистовое магическое пламя жадно пожирало его со всех сторон, прямо на глазах превращая сначала в угли, а потом в пепел. И пары минут не прошло, как усилившийся ветер разметал все, что осталось от хижины Черного охотника, по округе.
Я унял силу огненного дракона и призвал лед, чтобы избавиться от оставшегося пламени и не допустить возгорания лесного массива. Природу нужно беречь.
— Спасибо, — выдохнул призрак и поднял руки к глазам, чтобы увидеть, как его тело начало развеиваться на ветру и смешиваться с пеплом, которым стало его жилище. — Теперь я свободен. Наконец-то…
— Удачи, — пожелал я, — если она понадобится там, куда ты отправляешься.
— Мы будем помнить тебя, — помахал на прощанье рукой Люциан.
— Говори за себя, — буркнул я.
— Под домом у меня тайник был. Чутка прокопайте и найдете мой кошель, там немного, но хоть что-то. Прощайте, — Черный охотник склонил голову, но вдруг встрепенулся. — Ах да, забыл сказать — остерегайтесь дракона!
— Какого еще нахрен дракона? — теперь встрепенулся уже я.
Мы с Люцианом обеспокоенно переглянулись.
