Лорд со злостью посмотрел на ректора, потом на нас с Владом, после чего ответил сквозь зубы, указывая на меня:
– Она – моя, я не отдам ее никакому щенку!
С Владом мы возмутились одновременно:
– Я не вещь, чтобы за меня решали, кому мне принадлежать!..
– Леся сама выбирает, с кем ей быть…
Но оба смолкли под внешне спокойным взглядом ректора. Упс, я только что официально признала свои отношения с Владом! Мама дорогая, забери меня домой! Хочу в детство, чтоб не было этих проблем! Как меня все достало!
Тем временем внимание ректора переключилось на меня:
– Олеся Викторовна, помнится, совсем недавно у нас был разговор по поводу соблюдения правил академии. Я думала, что мы с вами поняли друг друга…
Я промолчала, виновато потупив взор. Я действительно пришла работать на таких условиях… и нарушила их. Что-что, а ошибки свои я признавать умею. А ректор меж тем перешла к Владу:
– А вы, студент Толесский… Что можете сказать в свое оправдание? Вы понимаете, что о случившемся мне придется проинформировать ваших родителей, а также исключить вас из академии? Вы…
И тут у меня опять проснулся характер! Нечего обижать моего жениха! Громко заявила, перебив ректора:
– Виктория Богдановна, прошу вас, не отчисляйте студента Толесского, он главный претендент на участие в Императорских играх! (Главный козырь в ход, как говорил мне отец, не совсем правильная тактика, но отчаянная.) Я уволюсь, проблемы решатся…
– Проблемы не решатся с твоим уходом, – прорычал демон.
Оборотень в ответ тоже начал было говорить что-то резкое, но ректор ударила ладонью по столу и громко заявила:
– А ну быстро прекратили мне тут зубоскальство! Лорд Хиртон, вообще-то вас тоже нужно уволить за неподобающее поведение!
На что демон ответил:
– Не посмеете! Я не причинил никому вреда!
– Лорд Хиртон, госпожа Гориховская жива лишь благодаря очень сильному родовому артефакту…
При этих словах я схватилась за левое ухо, в котором раньше висела серьга в виде капельки, сделанная из лунного камня, золота с добавлением слезы феникса – бабуля подарила, велела беречь… А теперь ее нет! Это же фамильная ценность! Такая редкость! Вот упырь болотный! Да за это… Я вскочила с дивана и, забыв про слабость, бросилась душить гада!
– Метла, помогай! – крикнула я, и моя родненькая начала колошматить ирода по всем выступающим частям. Лично я успела исцарапать демону лицо и вцепиться в шею, прежде чем меня, сопротивляющуюся и жаждущую мести, оттащили от него. – Урод! Упырь болотный! – выкрикивала я из цепких рук Влада, откуда силы только взялись? А демон стоял посреди кабинета и с трудом сдерживал свой гнев. – Мне бабушка ее подарила! Гад!
– Олеся Викторовна, пожалуйста, успокойтесь! – прозвучал голос Виктории Богдановны. – Благодаря этому артефакту вы остались живы.
– Леся, прошу, успокойся, я найду тебе такой же… – прошептал мне на ухо Влад, я посмотрела в его глаза и вдруг поняла, что сил больше нет, выдохлась, да и правда, лучше уж пусть пропадает артефакт, чем наступит смерть.
Вздохнув, расслабилась в его руках и позволила уложить себя обратно на диван.
– И что мне теперь с вами делать? – тяжело вздохнув и опускаясь в кресло, спросила ведьма. Мы все молчали, тоже думали, что с нами делать. Виктория Богдановна обвела нас взглядом, внимательно изучая лица, потом произнесла: – Я приняла решение: магистр Хиртон, ваше жалование будет уменьшено в два раза на ближайшие два месяца. Также я даю вам испытательный срок – две недели, и чтобы никаких дуэлей и прочих выяснений отношений со студентами впредь не было! Или вылетите отсюда мгновенно! И меня не будет волновать, есть у вас заслуги перед империей или нет! Вам ясно? – Демон молчал, прожигал взглядом нас с Владом. Ректор повторила: – Вам все ясно, магистр?
– Да, – наконец ответил он, а глаза его потемнели.
Ректор сделала вид, что ничего не заметила.
– Тогда вы свободны, можете идти.
Резко поднявшись с кресла, демон быстрыми шагами покинул кабинет. Едва дверь за ним захлопнулась, Виктория Богдановна немного расслабилась в кресле, сняла очки, потерла переносицу и только после этого произнесла:
– Лорд Хиртон – замечательный преподаватель, у него большой опыт. Но с ним очень трудно. И вы, госпожа Гориховская, да и вы, студент Толесский, проблем с ним мне только добавляете. Но я вижу, что чувства у вас настоящие. И как ведьма ведьму я вас, Олеся Викторовна, в какой-то мере поддерживаю. Но как ректор обязана принять меры. Поэтому ваше жалованье будет уменьшено на половину в этом месяце. Я не буду препятствовать вашим встречам с господином Толесским при условии, что больше никто не узнает об этих отношениях до конца нынешнего учебного года. Что касается вас, студент Толесский, то вы лишаетесь стипендии до конца обучения. И не надейтесь ни на какие поблажки!
Влад радостно заулыбался:
– Благодарю вас, Виктория Богдановна, за оказанное доверие. Мы вас не подведем. Лично я готов сдавать экзамены и зачеты хоть по десять раз. Приму любые ваши условия…
– Спасибо, – присоединилась я к оборотню.
Ректор посмотрела на нас поверх очков и сказала:
